Неточные совпадения
Между старыми яблонями и разросшимися кустами крыжовника пестрели круглые бледно-зеленые кочаны капусты; хмель винтами обвивал высокие тычинки; тесно торчали на грядах
бурые прутья, перепутанные засохшим горохом; большие плоские тыквы словно валялись на земле; огурцы желтели из-под запыленных угловатых
листьев; вдоль плетня качалась высокая крапива; в двух или трех местах кучами росли: татарская жимолость, бузина, шиповник — остатки прежних «клумб».
Светлое осеннее небо весело синело над темно-бурою грядой обнаженных лип; кое-где шевелились и лепетали на них последние, ярко-золотые
листья.
Сквозь обнаженные,
бурые сучья дерев мирно белеет неподвижное небо; кое-где на липах висят последние золотые
листья.
Неточные совпадения
Никто не думал, глядя на его белые с напухшими жилами руки, так нежно длинными пальцами ощупывавшие оба края лежавшего пред ним
листа белой бумаги, и на его с выражением усталости на бок склоненную голову, что сейчас из его уст выльются такие речи, которые произведут страшную
бурю, заставят членов кричать, перебивая друг друга, и председателя требовать соблюдения порядка.
Железная, когда-то зеленая крыша, давно некрашенная, краснела от ржавчины, и несколько
листов были задраны кверху, вероятно,
бурей; тес, которым был обшит дом, был ободран местами людьми, обдиравшими его там, где он легче отдирался, отворачивая ржавые гвозди.
Растительное сообщество по берегам протоков состояло из кустарниковой ольхи с резкими жилками на крупных
листьях; перистого боярышника, который имеет серую кору, клиновидные
листья и редкие шипы; рябины бузинолистной с темно-зелеными
листьями и с крупными ярко-красными плодами; жимолости съедобной, ее легко узнать по
бурой коре, мелкой листве и удлиненным ягодам темно-синего цвета с матовым налетом, и наконец даурского луносемянника, вьющегося около других кустарников.
Пройдя узкую тропинку, мы вышли на лесную дорогу, черную от грязи, всю истоптанную следами копыт и изборожденную колеями, полными воды, в которой отражался пожар вечерней зари. Мы шли обочиной дороги, сплошь покрытой
бурыми прошлогодними
листьями, еще не высохшими после снега. Кое-где сквозь их мертвую желтизну подымали свои лиловые головки крупные колокольчики «сна» — первого цветка Полесья.
Деревья, как расслабленные, тяжело дремали, опустив свои размягченные жаром
листья, и колосистая рожь стояла неподвижным зелено-бурым морем, изнемогая под невыносимым дыханием летнего бога, наблюдающего своим жарким глазом за спешною химическою работою в его необъятной лаборатории.