— А, вот ты, вот, — заговорила она, избегая его взора и суетясь, — ну, здравствуй. Ну, что ж?
Что же делать? Где ты был вчера? Ну, она приехала, ну да. Ну надо уж так… как-нибудь.
Неточные совпадения
— Знаю, знаю,
что вы хотите сказать, — перебил ее Паншин и снова пробежал пальцами по клавишам, — за ноты, за книги, которые я вам приношу, за плохие рисунки, которыми я украшаю ваш альбом, и так далее, и так далее. Я могу все это
делать — и все-таки быть эгоистом. Смею думать,
что вы не скучаете со мною и
что вы не считаете меня за дурного человека, но все
же вы полагаете,
что я — как, бишь, это сказано? — для красного словца не пожалею ни отца, ни приятеля.
—
Что же мы будем
делать? — спросила она.
— Все это прекрасно! — воскликнул наконец раздосадованный Паншин, — вот вы вернулись в Россию, —
что же вы намерены
делать?
— Лиза, ради бога, вы требуете невозможного. Я готов
сделать все,
что вы прикажете; но теперьпримириться с нею!.. я согласен на все, я все забыл; но не могу
же я заставить свое сердце… Помилуйте, это жестоко!
— Хорошо, — проговорил сквозь зубы Лаврецкий, — это я
сделаю, положим; этим я исполню свой долг. Ну, а вы — в
чем же ваш долг состоит?
— Ну да, то есть я хотела сказать: она ко мне приехала и я приняла ее; вот о
чем я хочу теперь объясниться с вами, Федор Иваныч. Я, слава богу, заслужила, могу сказать, всеобщее уважение и ничего неприличного ни за
что на свете не
сделаю. Хоть я и предвидела,
что это будет вам неприятно, однако я не решилась отказать ей, Федор Иваныч, она мне родственница — по вас: войдите в мое положение, какое
же я имела право отказать ей от дома, — согласитесь?
— А, вот вы куда? Я согласен, что это болезнь, как и все переходящее через меру, — а тут непременно придется перейти через меру, — но ведь это, во-первых, у одного так, у другого иначе, а во-вторых, разумеется, во всем держи меру, расчет, хоть и подлый, но
что же делать? Не будь этого, ведь этак застрелиться, пожалуй, пришлось бы. Я согласен, что порядочный человек обязан скучать, но ведь, однако ж…
Хлестаков (сначала немного заикается, но к концу речи говорит громко).Да
что же делать?.. Я не виноват… Я, право, заплачу… Мне пришлют из деревни.
— Может быть; но ведь это такое удовольствие, какого я в жизнь свою не испытывал. И дурного ведь ничего нет. Не правда ли? — отвечал Левин. —
Что же делать, если им не нравится. А впрочем, я думаю, что ничего. А?
Неточные совпадения
Ужель загадку разрешила? // Ужели слово найдено? // Часы бегут: она забыла, //
Что дома ждут ее давно, // Где собралися два соседа // И где об ней идет беседа. // «Как быть? Татьяна не дитя, — // Старушка молвила кряхтя. — // Ведь Оленька ее моложе. // Пристроить девушку, ей-ей, // Пора; а
что мне
делать с ней? // Всем наотрез одно и то
же: // Нейду. И все грустит она // Да бродит по лесам одна».
— Но представьте
же, Анна Григорьевна, каково мое было положение, когда я услышала это. «И теперь, — говорит Коробочка, — я не знаю, говорит,
что мне
делать. Заставил, говорит, подписать меня какую-то фальшивую бумагу, бросил пятнадцать рублей ассигнациями; я, говорит, неопытная беспомощная вдова, я ничего не знаю…» Так вот происшествия! Но только если бы вы могли сколько-нибудь себе представить, как я вся перетревожилась.
— Это человек, который не то
что именьем помещика, — целым государством управит. Будь у меня государство, я бы его сей
же час
сделал министром финансов.
Как они
делают, бог их ведает: кажется, и не очень мудреные вещи говорят, а девица то и дело качается на стуле от смеха; статский
же советник бог знает
что расскажет: или поведет речь о том,
что Россия очень пространное государство, или отпустит комплимент, который, конечно, выдуман не без остроумия, но от него ужасно пахнет книгою; если
же скажет что-нибудь смешное, то сам несравненно больше смеется,
чем та, которая его слушает.
— Ваше сиятельство, — сказал Муразов, — кто бы ни был человек, которого вы называете мерзавцем, но ведь он человек. Как
же не защищать человека, когда знаешь,
что он половину зол
делает от грубости и неведенья? Ведь мы
делаем несправедливости на всяком шагу и всякую минуту бываем причиной несчастья другого, даже и не с дурным намереньем. Ведь ваше сиятельство
сделали также большую несправедливость.