Неточные совпадения
— Куда же вы, любезный Христофор Федорыч? разве вы
не остаетесь
чай пить?
— Ну, хоть
чаю напейся, мой батюшка. Господи боже мой! Приехал невесть откуда, и чашки
чаю ему
не дадут. Лиза, пойди похлопочи, да поскорей. Я помню, маленький он был обжора страшный, да и теперь, должно быть, покушать любит.
А впрочем, станемте-ка лучше
чай пить; да на террасу пойдемте его, батюшку, пить; у нас сливки славные —
не то что в ваших Лондонах да Парижах.
— А! Федя! — начала она, как только увидала его. — Вчера вечером ты
не видел моей семьи: полюбуйся. Мы все к
чаю собрались; это у нас второй, праздничный
чай. Всех поласкать можешь; только Шурочка
не дастся, а кот оцарапает. Ты сегодня едешь?
— Тяжело мне, свет, — сказала она, — кости старые ломать; и ночевать у тебя,
чай, негде, да и мне
не спится в чужой постели. Пусть эта молодежь скачет.
Торопливо выкуривая трубку за трубкой, отпивая по глотку
чаю и размахивая длинными руками, Михалевич рассказал Лаврецкому свои похождения; в них
не было ничего очень веселого, удачей в предприятиях своих он похвастаться
не мог, — а он беспрестанно смеялся сиплым нервическим хохотом.
К великой досаде Антона, надевшего вязаные белые перчатки,
чай подал приезжей барыне
не он, а наемный камердинер Лаврецкого,
не понимавший, по словам старика, никаких порядков.
Он больше виноват: говядину мне подает такую твердую, как бревно; а суп — он черт знает чего плеснул туда, я должен был выбросить его за окно. Он меня морил голодом по целым дням… Чай такой странный: воняет рыбой, а
не чаем. За что ж я… Вот новость!
Теперь, как виноватая, // Стою перед соседями: // Простите! я была // Спесива, непоклончива, //
Не чаяла я, глупая, // Остаться сиротой…
Небо раскалилось и целым ливнем зноя обдавало все живущее; в воздухе замечалось словно дрожанье и пахло гарью; земля трескалась и сделалась тверда, как камень, так что ни сохой, ни даже заступом взять ее было невозможно; травы и всходы огородных овощей поблекли; рожь отцвела и выколосилась необыкновенно рано, но была так редка, и зерно было такое тощее, что
не чаяли собрать и семян; яровые совсем не взошли, и засеянные ими поля стояли черные, словно смоль, удручая взоры обывателей безнадежной наготою; даже лебеды не родилось; скотина металась, мычала и ржала; не находя в поле пищи, она бежала в город и наполняла улицы.
Кабанов. Куда как весело с тобой ехать! Вы меня уж заездили здесь совсем! Я
не чаю, как вырваться-то, а ты еще навязываешься со мной.
Неточные совпадения
Городничий (дрожа).По неопытности, ей-богу по неопытности. Недостаточность состояния… Сами извольте посудить: казенного жалованья
не хватает даже на
чай и сахар. Если ж и были какие взятки, то самая малость: к столу что-нибудь да на пару платья. Что же до унтер-офицерской вдовы, занимающейся купечеством, которую я будто бы высек, то это клевета, ей-богу клевета. Это выдумали злодеи мои; это такой народ, что на жизнь мою готовы покуситься.
Городничий (в сторону, с лицом, принимающим ироническое выражение).В Саратовскую губернию! А? и
не покраснеет! О, да с ним нужно ухо востро. (Вслух.)Благое дело изволили предпринять. Ведь вот относительно дороги: говорят, с одной стороны, неприятности насчет задержки лошадей, а ведь, с другой стороны, развлеченье для ума. Ведь вы,
чай, больше для собственного удовольствия едете?
Городничий. Полно вам, право, трещотки какие! Здесь нужная вещь: дело идет о жизни человека… (К Осипу.)Ну что, друг, право, мне ты очень нравишься. В дороге
не мешает, знаешь, чайку выпить лишний стаканчик, — оно теперь холодновато. Так вот тебе пара целковиков на
чай.
И гнется, да
не ломится, //
Не ломится,
не валится… // Ужли
не богатырь? // «Ты шутишь шутки, дедушка! — // Сказала я. — Такого-то // Богатыря могучего, //
Чай, мыши заедят!»
— Коли всем миром велено: // «Бей!» — стало, есть за что! — // Прикрикнул Влас на странников. — //
Не ветрогоны тисковцы, // Давно ли там десятого // Пороли?..
Не до шуток им. // Гнусь-человек! —
Не бить его, // Так уж кого и бить? //
Не нам одним наказано: // От Тискова по Волге-то // Тут деревень четырнадцать, — //
Чай, через все четырнадцать // Прогнали, как сквозь строй! —