по произведению «Четвёртая русская книга для чтения» (Толстой Л. Н., 1886) искать по всей классике
Область поиска
«Четвёртая русская книга для чтения» (Толстой Л. Н., 1886) по всей классике
Прибежал товарищ, собрался народ, смотрят мою рану, снегом примачивают. А я забыл про рану, спрашиваю: «Где медведь, куда ушел?» Вдруг слышим: «Вот он! вот он!» Видим: медведь бежит опять к нам. Схватились мы за ружья, да не поспел никто выстрелить, — уж он пробежал. Медведь остервенел, — хотелось ему еще погрызть, да увидал, что народу много, испугался. По следу мы увидели, что из медвежьей головы идет кровь; хотели идти догонять, но у меня разболелась голова, и поехали в город к доктору.
А сама нагибается, чтоб взяться за коромысло, а грудь-то у нее высокая да белая, словно пена молочная: света я, сударь, невзвидел. Бросился к ней, выхватил коромысло из рук, а сам словно остервенел: уж не то что целовать, а будто задушить ее хотел; кажется, кабы она не барахталась, так и задушил бы тут. Очень для меня этот день памятен.
Ударил ли он шашкой слона или только замахнулся, но Мамлик остервенел и бросился за городовым, исчезнувшим в двери будки. Подняв хобот, слон первым делом сорвал навес крыльца, сломал столбы и принялся за крышу, по временам поднимая хобот и трубя. Городовой пытался спастись в заднее окно, но не мог вылезть: его толстая фигура застряла, и он отчаянно вопил о помощи.
Тварь на дереве начала бесноваться – она то прыгала по веткам, то соскакивала на землю и делала движение в сторону сержанта, затем начинала остервенело чесаться, потом снова пряталась в кроне.
Ну в таком рассказе нельзя же всерьёз воспринимать деда с бабкой, которые сначала остервенело бьют яйцо, а когда оно наконец разбивается, рыдают взахлёб.
Тварь на дереве начала бесноваться – она то прыгала по веткам, то соскакивала на землю и делала движение в сторону сержанта, затем начинала остервенело чесаться, потом снова пряталась в кроне.
Ну в таком рассказе нельзя же всерьёз воспринимать деда с бабкой, которые сначала остервенело бьют яйцо, а когда оно наконец разбивается, рыдают взахлёб.
Зацепившись затвором за петлю в дверях, несколько секунд остервенело рвал брезент, освобождаясь…