Неточные совпадения
Взял
сын все отцовское, ушел от
отца и стал жить в свое удовольствие. «
Отец ведь сказал, чтобы я жил так, как и он. Он живет и радуется, и я буду так жить».
Жил так год, два, десять, двадцать лет, и прожил все отцовское именье, и ничего не осталось у него. И стал он просить
отца дать ему еще; но
отец не слушал его. Тогда стал он задабривать
отца и дарить
отцу то, что у него было лучшего, и просить его. Но
отец ничего не отвечал ему. Тогда
сын стал просить прощенья у
отца, думая, что он обидел чем
отца, и опять просил дать ему еще; но
отец ничего не говорил.
И тогда стал
сын клясть
отца. Он сказал...
Дал
отец именье и второму
сыну и сказал только?
Но
сын подумал, что
отец боится сказать ему, и стал разбирать все вещи отцовские, чтобы понять по ним, как все сделано, и перепортил и погубил все, что получил от
отца, а все, что сделал нового, все это было не на пользу; по ему не хотелось признаться, что он все перепортил, и он жил и мучался, а всем говорил, что
отец ему ничего и не давал, а все он сделал себе сам.
Дал
отец такое же именье и третьему
сыну и так же сказал: «Живи так, как я, и тебе будет всегда хорошо». И третий
сын так же, как первый и второй, обрадовался именью и ушел от
отца; но он знал, что случилось с старшими братьями, и стал думать о том, что значит: живи так, как я, и тебе будет всегда хорошо.
И третий
сын пошел и все рассказал своим братьям, и с тех пор все дети, когда получали именье от
отца, радовались не тому, что у них именья много, а тому, что они могут жить так же, как
отец, и что им будет всегда хорошо.
Отец — это бог;
сыновья — это люди; именье — это жизнь. Люди думают, что они могут жить одни, без бога. Одни из этих людей думают, что жизнь им дана затем, чтобы веселиться этой жизнью. Они веселятся и проматывают жизнь, а как придет время умирать, не понимают, зачем была дана жизнь такая, веселье которой кончается страданьями и смертью. И эти люди умирают, проклиная бога и называя его злым, и отделяются от бога. Это первый
сын.
Иначе говоря, смерть, в которой Федоров склонен был вообще видеть лишь род случайности и недоразумения или педагогический прием, есть акт, слишком далеко переходящий за пределы этого мира, чтобы можно было справиться с ней одной «регуляцией природы», методами физического воскрешения тела, как бы они ни были утонченны, даже с привлечением жизненной силы человеческой спермы в целях воскрешения или обратного рождения
отцов сынами (на что имеются указания в учении Федорова).
— Ах, аспид! ах, погубитель! — застонал старик. — Видел, Михей Зотыч? Гибель моя, а не сын… Мы с Булыгиным на ножах, а он, слышь, к Булыгиным. Уж я его, головореза, три раза проклинал и на смирение посылал в степь, и своими руками терзал — ничего не берет. У других
отцов сыновья — замена, а мне нож вострый. Сколько я денег за него переплатил!
— Это с Сиротининым-то?.. История, действительно, неприятная… Но зато урок, родному
отцу сыну верить нельзя… Вот какие времена переживаем… Вот что…
Неточные совпадения
— Еще я попрошу вас, — сказал Чичиков, — пошлите за поверенным одной помещицы, с которой я тоже совершил сделку,
сыном протопопа
отца Кирила; он служит у вас же.
Во владельце стала заметнее обнаруживаться скупость, сверкнувшая в жестких волосах его седина, верная подруга ее, помогла ей еще более развиться; учитель-француз был отпущен, потому что
сыну пришла пора на службу; мадам была прогнана, потому что оказалась не безгрешною в похищении Александры Степановны;
сын, будучи отправлен в губернский город, с тем чтобы узнать в палате, по мнению
отца, службу существенную, определился вместо того в полк и написал к
отцу уже по своем определении, прося денег на обмундировку; весьма естественно, что он получил на это то, что называется в простонародии шиш.
Привели также не только
сына протопопа
отца Кирила, но даже и самого протопопа.
Но в жизни все меняется быстро и живо: и в один день, с первым весенним солнцем и разлившимися потоками,
отец, взявши
сына, выехал с ним на тележке, которую потащила мухортая [Мухортая — лошадь с желтыми подпалинами.] пегая лошадка, известная у лошадиных барышников под именем сорóки; ею правил кучер, маленький горбунок, родоначальник единственной крепостной семьи, принадлежавшей
отцу Чичикова, занимавший почти все должности в доме.
— Как же, протопопа,
отца Кирила,
сын служит в палате, — сказала Коробочка.