«Сколь устойчивой ни казалась бы нам наша цивилизация, — говорит Генри Джордж, — а в ней развиваются уже разрушительные силы. Не в пустынях и лесах, а в городских трущобах и на больших дорогах воспитываются те варвары, которые сделают с нашей цивилизацией то же, что сделали гунны и вандалы с древней».
Да, то, что лет двадцать тому назад предсказывал Генри Джордж, совершается теперь на наших глазах везде и с особенной яркостью у нас в России, благодаря удивительному ослеплению правительства, старательно подкапывающего ту основу, на которой стоит и может стоять какое бы то ни было общественное благоустройство.
Когда Я захотел прийти на землю, Я нашел одного подходящего, как помещение, тридцативосьмилетнего американца, мистера Генри Вандергуда, миллиардера, и убил его… конечно, ночью и без свидетелей.
Господа съезжаются с разных концов города и с увлечением спорят о шансах Гладстона на избирательную победу или об исполнимости проектов Генри Джорджа; а тут же в подвале идет не менее ожесточенный спор о том, какая божья матерь добрее — ахтырская или казанская, и на скольких китах стоит земля.
Генри часто пользуется приёмом инверсии – переставляет слова в предложении, так что оно получается не вполне стандартным для английского языка. Down fell the brown waterfall – это инверсия.
Генри выделил четыре типа узоров: дуговые, петлевые, спиральные и сложные линии, которые посредством разного рода сочетаний могли образовывать 1024 комбинации.
Генри писал короткие интересные рассказы, но язык его цветист и сложен.
Генри часто пользуется приёмом инверсии – переставляет слова в предложении, так что оно получается не вполне стандартным для английского языка. Down fell the brown waterfall – это инверсия.
Генри выделил четыре типа узоров: дуговые, петлевые, спиральные и сложные линии, которые посредством разного рода сочетаний могли образовывать 1024 комбинации.