Неточные совпадения
От этого-то и происходит то кажущееся сначала странным явление, что у народов, признающих религиозные
учения гораздо более низкого уровня, чем
христианство, но имеющих точные внешние определения брака, семейное начало, супружеская верность несравненно тверже, чем у так называемых христиан.
И вот тут-то люди и принимают так легко ложное церковное
учение, которое заменяет сущность
христианства разными догмами.
Говоря о христианском
учении, ученые писатели обыкновенно делают вид, что вопрос о том, что
христианство в его истинном смысле неприложимо, уже давным-давно окончательно решен.
С первых же времен апостолы и первые христиане до такой степени не понимают сущности
учения Христа, что учат принимающих
христианство прежде всего верить в воскресение Христа, в чудесное действие крещения, в сошествие святого духа и т. п., но ничего или очень мало говорят о нравственном
учении Христа, как это видно по всем речам апостолов, записанным в Деяниях.
Царств, гл. II, ст. 8), и т. п. мерзости, которыми полон ветхий завет, не может верить в нравственный закон Христа; человек, верующий в
учение и проповеди церкви о совместимости с
христианством казней, войн, не может уже верить в братство всех людей.
И понимая так превратно
учение Христа, люди, не желающие ему следовать, делают одно из двух: или, признавая совершенство недостижимым (что совершенно справедливо), откидывают всё
учение как неисполнимую мечту (это делается светскими людьми), или, что самое вредное и распространенное и делалось и делается большинством людей, считающих себя христианами, это — то, чтобы, признавая совершенство недостижимым, исправлять, то есть извращать,
учение и вместо истинного христианского
учения, состоящего в вечном стремлении к божескому совершенству, исполнять правила, называемые христианскими, но большей частью прямо противные
христианству.
Говорят, что
христианство есть
учение слабости, потому что оно предписывает не поступки, а преимущественно воздержание в них.
Христианство —
учение слабости!
Обыкновенно говорят, что нравственное
учение христианства хорошо, но преувеличено, — что для того, чтобы оно было вполне хорошо, надо откинуть от него излишнее, не подходящее к нашему строю жизни.
Он говорил, что масонство есть
учение христианства, освободившегося от государственных и религиозных оков; учение равенства, братства и любви.
И потому христианскому учению свойственно заявлять требования высшие, чем те, которые выражены в этих заповедях; но никак не умалять требования ни самого идеала, ни этих заповедей, как это делают люди, судящие об
учении христианства с точки зрения общественного жизнепонимания.
Неточные совпадения
Но помощь Лидии Ивановны всё-таки была в высшей степени действительна: она дала нравственную опору Алексею Александровичу в сознании ее любви и уважения к нему и в особенности в том, что, как ей утешительно было думать, она почти обратила его в
христианство, то есть из равнодушно и лениво верующего обратила его в горячего и твердого сторонника того нового объяснения христианского
учения, которое распространилось в последнее время в Петербурге.
Графиня Катерина Ивановна, как это ни странно было и как ни мало это шло к ее характеру, была горячая сторонница того
учения, по которому считалось, что сущность
христианства заключается в вере в искупление.
Ложное
учение о смирении исказило
христианство и унизило человека как богоподобного духовного существа.
Христианство не только не было реализовано в жизни, что всегда можно объяснить греховностью человеческой природы, но оно было искажено в самом
учении, вплоть до самой догматики.
Есть две стороны в
учении Н. Федорова — его истолкование Апокалипсиса, гениальное и единственное в истории
христианства, и его «проект» воскрешения мертвых, в котором есть, конечно, элемент фантастический.