Неточные совпадения
Церковь, истинная церковь, то есть соединение людей истинно и потому одинаково верующих, всегда внутренняя. Царство божие внутри вас есть. Люди, не знающие друг друга, отдаленные друг от друга и пространством и временем, неразрывно соединены единой исповедуемой ими
истиной. Церковь же внешняя, соединяя людей во времени и в пространстве, нарушает истинное внутреннее единение, подставляя на
место его наружное.
В утешение же тем, кто посвящает свою жизнь и силы благородной и трудной борьбе с заблуждениями какого бы то ни было рода, смело можно сказать, что хотя до появления
истины заблуждение и будет делать свое дело, как совы и летучие мыши — ночью, но что скорее совы и летучие мыши запугают и загонят солнце туда, откуда оно взошло, чем прежнее заблуждение вытеснит познанную и отчетливо и до конца высказанную
истину и займет беспрепятственно ее свободное
место.
Неточные совпадения
Мечте, загадочному, таинственному не было
места в его душе. То, что не подвергалось анализу опыта, практической
истины, было в глазах его оптический обман, то или другое отражение лучей и красок на сетке органа зрения или же, наконец, факт, до которого еще не дошла очередь опыта.
Или они не хотели указать
места, где находятся зверовые фанзы, или у них были какие-либо другие причины скрывать
истину, только я заметил, что они давали уклончивые ответы.
В учении Оригена идеям отрицательного богословия принадлежит свое определенное
место, причем нельзя не видеть близости его в этом отношении к Плотину. В книге первой сочинения «О началах», содержащей общее учение о Боге, резко утверждается Его трансцендентность и непостижимость. «Опровергши, по возможности, всякую мысль о телесности Бога, мы утверждаем, сообразно с
истиной, что Бог непостижим (mcompehensibilis) и неоценим (inaestimabilis).
Но особенно характерно в этом отношении известное
место 6‑й книги «Государства» о благе: «так это, доставляющее истинность познаваемому и дающее силу познающему, называй идеей блага, причиной знания и
истины, поскольку она познается умом.
Интеллектуалистически истолковывая религию, Гегель берет ее лишь как вид мышления, как плохое, недостаточное философствование, и в этом качестве, конечно, отводит ей низшее
место за то, что она сознает
истину лишь в виде «представления», т. е. дуалистического противопоставления субъекта и объекта, человека и божества.