Неточные совпадения
«
Любите друг друга, как я полюбил вас, и по тому все узнают, что вы мои ученики, если вы будете иметь любовь друг к другу», — сказал Христос. Он не говорит: если вы веритев то или это, но если вы
любите. — Вера у разных
людей и в разные времена может быть разная, но любовь у всех и всегда одна и та же.
Закон жизни о том, чтобы
любить бога и ближнего, прост и ясен, — всякий
человек, когда войдет в разум, сознает его в своем сердце. И потому, если бы не было ложных учений, все
люди держались бы этого закона и на земле было бы царство небесное.
Главное в учении Христа это то, что он всех
людей признавал братьями. Он видел в
человеке брата и потому
любил всякого, кто бы он ни был и какой бы он ни был. Он смотрел не на внешнее, а на внутреннее. Он не смотрел на тело, а сквозь наряды богатого и лохмотья нищего видел бессмертную душу. В самом развращенном
человеке он видел то, что могло этого самого падшего
человека превратить в самого великого и святого
человека, такого же великого и святого, каким был он сам.
Легко переносить горе, когда оно не от
людей, а от болезней, пожаров, наводнений, землетрясений. Но особенно больно бывает
человеку, когда он страдает от
людей, от братьев. Он знает, что
людям надо бы
любить его, а вот они вместо этого его мучают. «
Люди, все
люди ведь то же, что я, — думает такой
человек. — Зачем же они мучают меня?» От этого-то и бывает легче переносить горе от болезней, пожаров, засух, чем от недоброты
людей.
Человеку нужно
любить, а
любить по-настоящему можно только то, в чем нет ничего дурного. И потому должно быть и то, в чем нет ничего дурного. А такое существо, в котором нет ничего дурного, и есть только одно: бог.
Ребенок не знает, кто держит, кто греет, кто кормит его, но знает, что есть этот кто-то, и мало того, что знает, —
любит того, во власти кого он находится. То же и с
человеком.
Но говорящие и думающие так
люди грубо ошибаются, не понимая того, что значит
любить ближнего, — не приятного и полезного нам
человека, а одинаково всякого
человека, хотя бы это был самый неприятный, враждебный нам
человек.
Так
любить ближнего может только тот, кто
любит бога, того бога, который один во всех
людях.
Любить всех
людей кажется трудно. Но кажется трудным каждое дело, когда не научился его делать.
Люди всему учатся: и шить, и ткать, и пахать, и косить, и ковать, и читать, и писать. Также надо учиться и тому, чтобы
любить всех
людей.
Нет ничего радостнее того, как то, когда мы знаем, что
люди любят нас. Но удивительное дело: для того, чтобы
люди любили нас, надо не угождать им, а надо только приближаться к богу. Только приближайся к богу и не думай о
людях, и
люди полюбят тебя.
Тот, кто говорит, что
любит бога, но не
любит ближнего, тот обманывает
людей. Тот же, кто говорит, что
любит ближнего, но не
любит бога, тот обманывает самого себя.
Бог хотел, чтобы мы были счастливы, и для того вложил в нас потребность счастья, но он хотел, чтобы мы были счастливы все, а не отдельные
люди, и для того вложил в нас потребность любви. Оттого и счастливы могут быть
люди только тогда, когда они все будут
любить друг друга.
Как же получить это добро, когда чувствуешь, что одних
людей любишь, а других не
любишь?
Если бы только
человек учился любви так же усердно, как он учится наукам и ремеслам, он скоро и легко научился бы тому, чтобы
любить всех
людей, даже тех, которые неприятны нам.
Если мы
любим тех, кто нам нравится, кто нас хвалит, кто делает нам добро, то мы
любим так для себя, для того, чтобы нам лучше было. Настоящая любовь та, когда мы
любим не для себя, не себе желаем добра, а тем, кого
любим, и
любим не потому, что
люди приятны или полезны нам, а потому, что мы в каждом
человеке признаем тот же дух, какой живет в нас.
Лучший из
людей тот, кто
любит всех и делает всем добро без разбора, хороши ли они или дурны.
Отчего так тяжело бывает несогласие с другим
человеком и еще тяжелее нелюбовь к другому
человеку? Оттого, что мы все чувствуем, что то, что в нас делает нас
людьми, одно во всех. Так что, не
любя других, мы расходимся с тем, что одно во всех, расходимся сами с собою.
Человек любит себя. Но если он
любит в себе свое тело, то он ошибается, и от этой любви ему ничего не будет, кроме страданий. Любовь к себе только тогда хороша, когда
человек любит в себе свою душу. Душа же одна и та же во всех
людях. И потому, если
человек любит свою душу, он будет
любить и души других
людей.
Точно так же и
человек несчастен не тогда, когда он не может осилить медведя, или льва, или злых
людей, а тогда, когда он теряет то, что ему дано самого дорогого — свою духовную природу, свою способность
любить.
Не то жалко, что
человек умер, что он потерял свои деньги, что у него нет дома, имения, — всё это не принадлежит
человеку. А то жалко, когда
человек потерял свою истинную собственность, свое высшее благо: свою способность
любить.
Один индийский мудрец говорил: «Как мать бережет свое единственное детище, ухаживает за ним, оберегает его и воспитывает его, так и ты, всякий
человек, расти, воспитывай и оберегай в себе самое дорогое, что есть на свете: любовь к
людям и ко всему живому». Этому учат все веры: и браминская, и буддийская, и еврейская, и китайская, и христианская, и магометанская. И потому самое нужное на свете это — выучиться
любить.
Он говорил: воспитывают
людей так, что они дороже всего считают богатство, славу, и они заботятся только о том, чтобы добыть как можно больше славы, богатства, а надо воспитывать их так, чтобы они выше всего считали любовь и в жизни своей заботились бы о том, чтобы приучить себя к любви к
людям, и они все силы свои будут полагать на то, чтобы выучиться
любить.
Перестанут же когда-нибудь
люди драться, воевать, казнить
людей, а будут все
любить друг друга. Времени этому не миновать прийти, потому что в душе всех
людей заложена не ненависть, а любовь друг к другу.
Когда тебе тяжело, когда ты боишься
людей, когда жизнь твоя запуталась, скажи себе: давай перестану заботиться о том, что со мною будет, буду
любить всех тех, с кем схожусь, и больше ничего, а там будь что будет. Только попробуй жить так, и увидишь, как вдруг всё распутается, и тебе нечего будет ни бояться, ни желать.
Говорят: какой же расчет делать добро
людям, когда они за добро платят злом? Но если ты
любить того, кому делаешь добро, то ты уже получил награду в любви к нему и еще большую награду получишь в душе своей, если с любовью к нему перенесешь то зло, которое он тебе делает.
Часто
люди думают, что если они
любят ближних, то они этим заслужили перед богом. А дело совсем напротив. Если
любишь ближних, то не ты заслужил перед богом, а бог дал тебе то, чего ты не заслужил, дал самое большее благо в жизни — любовь.
И придет время, и скоро придет то самое время, про которое говорил Христос, что он томится в ожидании его, — придет то время, когда
люди будут гордиться не тем, что они завладели силою
людьми и их трудами, и радоваться не тому, что они внушают страх и зависть
людям, а гордиться тем, что они
любят всех, и радоваться тому, что, несмотря на все огорчения, причиняемые им
людьми, они испытывают это чувство, освобождающее их от всего дурного.
Или ты желаешь того, чтобы все
люди на свете — мужчины, женщины, дети
любили тебя?
И все духи сказали: «Да, этот
человек свят истинной святостью и истинно
любит бога».
Закон бога в том, чтобы
любить бога и ближнего, то есть всех
людей без различия. В половой же любви мужчина
любит больше всех других одну женщину и женщина одного мужчину, и потому половая любовь чаще всего отвлекает
человека от исполнения закона бога.
Человеку, как животному, нужно бороться с другими существами и плодиться, чтобы увеличить свою породу; но как разумному, любящему существу, ему нужно не бороться с другими существами, а
любить всех, и не плодиться, чтобы увеличить свою породу, а быть целомудренным. Из соединения этих двух противных стремлений: стремления к борьбе и к половой похоти и стремления к любви и целомудрию, и слагается жизнь
человека такою, какою она должна быть.
Благословенно детство за то благо, которое оно дает само, и за то добро, которое оно производит, не зная и не желая этого, только заставляя, позволяя себя
любить. Только благодаря ему мы видим на земле частичку рая. Благословенна и смерть. Ангелы не могут нуждаться ни в рождении, ни в смерти для того, чтобы жить; но для
людей необходимо, неизбежно и то и другое.
Человек боится смерти и подлежит ей.
Человек, не знающий добра и зла, кажется счастливее, но он неудержимо стремится к этому познанию.
Человек любит праздность и удовлетворение похотей без страданий, и вместе с тем только труд и страдания дают жизнь ему и его роду.
Одна из самых обычных и важных ошибок, которые делают
люди в своих суждениях, та, что
люди считают хорошим то, что
любят.
Люди любят богатство и потому, хотя, казалось бы, очевидно зло богатства, стараются уверить себя, что оно хорошо.
А для того, чтобы богатому
любить не словом или языком, а делом и истиной, надо давать просящему, как сказал Христос. А если давать просящему, то как бы много имения ни было у
человека, он скоро перестанет быть богат. А как только перестанет быть богат, так и случится с ним то самое, что Христос сказал богатому юноше, то есть не будет уже того, что мешало богатому юноше идти за ним.
Надо привыкать к тому, чтобы быть недовольным другим
человеком только так же, как бываешь недоволен собой. Собой бываешь недоволен только так, что недоволен своим поступком, но не своей душой. Так же надо быть и с другим
человеком: осуждать его поступки, а его
любить.
Есть такие
люди, что
любят быть сердитыми. Они всегда чем-нибудь заняты и всегда рады случаю оборвать, обругать того, кто к ним обратится за каким-нибудь делом. Такие
люди бывают очень неприятны. Но надо помнить, что они очень несчастны, не зная радости доброго расположения духа, и потому надо не сердиться на них, а жалеть их.
Есть такие
люди, которые
любят сердиться и сердятся и вредят
людям без всякой причины. Можно понять, зачем скупой
человек обижает других: он хочет завладеть имуществом, чтобы самому обогатиться; он вредит
людям для своей пользы. Злой же
человек вредит другим без всякой для себя выгоды. Какое безумство!
Если
человек любит себя, пусть он не делает зла, как бы мало оно ни было.
Нехорошо, когда
человек, вместо того, чтобы
любить братьев, сердится на них. Но еще хуже, когда
человек уверяет сам себя, что сам он не такой
человек, как все, а лучше других
людей, и потому может обходиться с другими не так, как хотел бы, чтобы обходились с ним.
Много есть наказаний гордому
человеку, но главное и самое тяжелое наказание то, что, какие бы ни были у него достоинства и как бы он об этом ни старался,
люди не
любят его.
Всякий
человек, прежде чем быть австрийцем, сербом, турком, китайцем, —
человек, то есть разумное, любящее существо, призвание которого никак не в том, чтобы соблюдать или разрушать сербское, турецкое, китайское, русское государство, а только в одном: в исполнении своего человеческого назначения в тот короткий срок, который предназначено ему прожить в этом мире. А назначение это одно и очень определенное:
любить всех
людей.
Когда
человек одних
людей любит больше, чем других, он
любит любовью человеческой. Для любви божеской все
люди равны.
Нельзя сделать высокого
человека равным с малорослым, и сильного с слабым, и быстроумного с тупоумным, и горячего с холодным, но можно и должно одинаково уважать и
любить и малого, и большого, и сильного, и слабого, и умного, и глупого.
Трудно
любить одинаково всех
людей, но оттого, что это трудно, нельзя говорить, что этого не надо добиваться. Всё хорошее трудно.
Принуждающий нас силой как бы лишает нас наших прав, и мы потому ненавидим его. Как благодетелей наших, мы
любим тех, кто умеет убедить нас. Не мудрый, а грубый, непросвещенный
человек прибегает к насилию. Чтобы употребить силу, надо многих соучастников; чтобы убедить, не надо никаких. Тот, кто чувствует достаточно силы в самом себе, чтобы владеть умами, не станет прибегать к насилию. Государство прибегает именно потому, что оно сознает свое бессилие убедить
людей в своей необходимости.
Любить же
людей значит поступать с ними так же, как ты хочешь, чтобы другие поступали с тобой.
В нашем обществе существует некоторый порядок не потому, что есть судьи, прокуроры, следователи, тюремщики, палачи, солдаты, судящие, наказывающие других
людей, а потому, что, несмотря на развращение, производимое всеми этими правительственными
людьми,
люди все-таки жалеют и
любят друг друга.
Прощать — значит не мстить, не платить злом за зло, значит
любить. Если
человек верит в это, то дело не в том, что сделал брат, а чтò должен я сделать. Если ты хочешь исправить ближнего в его ошибке, скажи ему кротко о том, что он худо сделал.
Чтобы понять в учении Христа то, что надо платить добром за зло, надо понять всё учение по-настоящему, а не так, как его толкуют церкви, с урезками и прибавками. Всё же учение Христа в том, что
человек живет не для своего тела, а для души, для того, чтобы исполнить волю бога. Воля же бога в том, чтобы
люди любили друг друга,
любили всех. Как же может
человек любить всех и делать зло
людям? Верующий в учение Христа, что бы с ним ни делали, не может делать того, что противно любви, не может делать зла
людям.