Неточные совпадения
Истинное доброе в тебе самом, в твоей душе. Кто
ищет добро не в самом
себе, делает то же, что делает пастух, когда
ищет в стаде того ягненка, который у него за пазухой.
Тело человека хочет добра
себе одному, и люди поддаются этому обману. А как только человек живет для одного своего тела, а не для души, так он расходится с людьми и с богом и не получает того добра, которого
ищет.
Если я знаю, что гнев лишает меня истинного блага, то я не могу уже сознательно враждовать с другими людьми, не могу, как я делал это прежде, радоваться на свой гнев, гордиться им, разжигать, оправдывать его, признавать
себя важным и умным, а других людей ничтожными — потерянными и безумными, не могу уж теперь при первом напоминании о том, что я поддаюсь гневу, не признавать
себя одного виноватым и не
искать примирения с теми, кто враждует со мной.
Человека никогда не будут хвалить все. Если он хороший, дурные люди будут находить в нем дурное и будут или смеяться над ним, или осуждать его. Если он дурной, хорошие не будут одобрять его. Для того, чтобы все хвалили человека, ему надо перед добрыми притворяться добрым, а перед дурными — дурным. Но тогда и те и другие угадают притворство, и те и другие будут презирать его. Одно средство: быть добрым и не заботиться о мнении других, а награду за свою жизнь
искать не в мнении людском, а в
себе.
Народ, который может быть свободным, отдает сам свою свободу, сам надевает
себе на шею ярмо, сам не только соглашается с своим угнетением, но
ищет его.
Суеверия и обманы мучат людей. Избавление от них только одно: истина. Истину же мы познаем и сами
собою и через мудрых и святых людей, живших до нас. И потому для доброй и хорошей жизни нужно и самому
искать истину и пользоваться теми указаниями истины, которые дошли до нас от прежних мудрых и святых людей.
Почти всегда,
поискав в
себе, мы найдем тот же грех, который мы осуждаем в другом. Если же мы не знаем за
собой именно того самого греха, то стоит только
поискать, и мы найдем еще худший.
Осуждать людей в глаза нехорошо потому, что это обижает их, а за глаза нечестно, потому что это обманывает их. Самое лучшее не
искать дурного в людях и забывать его, а
искать дурное в
себе и помнить.
Если не будешь отгонять дурные мысли и не будешь беречь добрые, не миновать дурных поступков. Только от добрых мыслей добрые дела. Дорожи добрыми мыслями,
ищи их в книгах мудрых людей, в разумных речах и, главное, в самом
себе.
Ненавидя же
себя, человек
ищет существо, достойное любви.
Если человек думает только о
себе и
ищет во всем своей выгоды, то он не может быть счастлив. Хочешь жить для истинного своего блага, жить для
себя, живи для других.
Если хочешь познать истину, то прежде всего освободись хотя на то время, когда
ищешь истину, от всех соображений о выгоде для
себя такого или иного решения.
Будь светильником для самого
себя. Будь убежищем для
себя. Держись света твоего светильника и не
ищи другого прибежища.
Оставьте эту надежду, если когда-либо вы и были так легкомысленны, что имели ее. Вы выпьете чашу до последней капли. Вас возьмут, как воров; против вас будут
искать ложных свидетельств, а на то, которое вы сами о
себе дадите, подымется крик: он богохульствует! И судьи скажут: он достоин смерти. Когда это случится, радуйтесь: это последнее знамение, — знамение того, что вы сделали настоящее, нужное дело.
Бог вошел в меня и через меня
ищет своего блага. Какое же может быть благо бога? Только то, чтобы быть
собою.
Мудрец
ищет всего в
себе, безумец — всего в другом.
Человек от рождения и до смерти хочет
себе добра, и то, чего он хочет, то и дано ему, если он его
ищет там, где оно есть: в любви к богу и людям.
Неточные совпадения
Воображаясь героиней // Своих возлюбленных творцов, // Кларисой, Юлией, Дельфиной, // Татьяна в тишине лесов // Одна с опасной книгой бродит, // Она в ней
ищет и находит // Свой тайный жар, свои мечты, // Плоды сердечной полноты, // Вздыхает и,
себе присвоя // Чужой восторг, чужую грусть, // В забвенье шепчет наизусть // Письмо для милого героя… // Но наш герой, кто б ни был он, // Уж верно был не Грандисон.
О
себе приезжий, как казалось, избегал много говорить; если же говорил, то какими-то общими местами, с заметною скромностию, и разговор его в таких случаях принимал несколько книжные обороты: что он не значащий червь мира сего и не достоин того, чтобы много о нем заботились, что испытал много на веку своем, претерпел на службе за правду, имел много неприятелей, покушавшихся даже на жизнь его, и что теперь, желая успокоиться,
ищет избрать наконец место для жительства, и что, прибывши в этот город, почел за непременный долг засвидетельствовать свое почтение первым его сановникам.
«Эх я Аким-простота, — сказал он сам в
себе, —
ищу рукавиц, а обе за поясом!
Дух у него захватило, и он не докончил. Он слушал в невыразимом волнении, как человек, насквозь его раскусивший, от самого
себя отрекался. Он боялся поверить и не верил. В двусмысленных еще словах он жадно
искал и ловил чего-нибудь более точного и окончательного.
Он поспешно огляделся, он
искал чего-то. Ему хотелось сесть, и он
искал скамейку; проходил же он тогда по К—му бульвару. Скамейка виднелась впереди, шагах во ста. Он пошел сколько мог поскорее; но на пути случилось с ним одно маленькое приключение, которое на несколько минут привлекло к
себе все его внимание.