Неточные совпадения
«Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово мое и верующий
в пославшего меня
имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти
в жизнь. Истинно, истинно говорю вам: наступает время и настало уже, когда мертвые услышат глас сына божия и услышавши оживут. Ибо как отец
имеет жизнь
в самом
себе, так и сыну дал
иметь жизнь
в самом
себе».
Если человек положил свою жизнь
в телесных удовольствиях и не может получить всего того, чего он желает, то он старается обмануть сам
себя: поставить
себя в такое положение,
в котором ему казалось бы, что он
имеет то, чего желает: он одуряет
себя табаком, вином, опиумом.
Так как
в истинном христианском учении нет никаких оснований для учреждения брака, то люди нашего христианского мира, не веря
в церковные определения брака, чувствуя, что это учреждение не
имеет основания
в христианском учении, и вместе с тем не видя перед
собою, закрытого церковным учением идеала Христа — полного целомудрия, остаются по отношению брака без всякого руководства.
Если
в старину, когда каждый народ подчинялся одной неограниченной власти своего верховного обоготворяемого владыки и представлялся сам
себе как бы островом среди постоянно стремящегося залить его океана, если тогда патриотизм и
имел смысл и представлялся добрым делом, то
в наше время, когда пережитое уже народами чувство требует от людей прямо противоположного тому, чего требует их разум, нравственное чувство, религия — признания равенства и братства всех людей, патриотизм не может представляться не чем иным, как только самым грубым суеверием.
Ни один человек не может быть ни орудием, ни целью.
В этом состоит его достоинство. И как он не может располагать
собою ни за какую цену (что было бы противно его достоинству), так же не
имеет он права распоряжаться жизнями других людей, то есть он обязан
в действительности признать достоинство человеческого звания
в каждом человеке и потому должен выражать это уважение к каждому человеку.
Человек, совершающий поступки, которые сами по
себе не
имеют ничего нравственного, с тем чтобы привлечь к
себе непосредственно благосклонного бога и посредством их достигнуть исполнения своих желаний, находится
в заблуждении о том, что можно естественными средствами достигнуть сверхъестественных последствий.
Такой человек, считая, что поступки, не имеющие
в себе ничего нравственного и угодного богу, могут служить средством или условием исполнения своего желания непосредственно от бога, находится
в заблуждении о том, что, несмотря на то, что он не
имеет к тому ни физической, ни нравственной склонности, он может естественным способом, не имеющим ничего общего с нравственностью и доступным самому дрянному человеку, приколдовать к
себе эту сверхъестественную божескую помощь исповеданиями веры и исполнением различных церковных обрядов.
Между разумом и страстями идет
в человеке междоусобная война. Человек мог бы
иметь хоть какое-нибудь спокойствие, если бы
в нем был только разум без страстей или только страсти без разума. Но так как
в нем и то и другое, то он не может избежать борьбы, не может быть
в мире с одним иначе, как воюя с другим. Он всегда борется сам
в себе. И борьба эта необходима,
в ней жизнь.
Молодой человек! Отказывай
себе в удовлетворении твоих желаний (
в увеселениях,
в роскоши и т. п.), если и не из намерения совсем отказаться от всего этого, то из желания
иметь перед
собой неперестающую возможность наслаждения. Такая бережливость по отношению к твоему жизненному чувству сделает тебя, благодаря отсрочке наслаждения,
в действительности богаче.
Можно, по выражению Паскаля, не думать об этом, нести перед
собой ширмочки, которые бы скрывали от взгляда ту пропасть смерти, к которой мы все бежим; но стоит подумать о том, что такое отделенная телесная жизнь человека, чтобы убедиться
в том, что вся жизнь эта, если она есть только телесная жизнь, не
имеет не только никакого смысла, но что она есть злая насмешка над сердцем, над разумом человека и над всем тем, что есть хорошего
в человеке.
Сознание своего назначения, включающее
в себя закон самоотречения, не
имеет ничего общего с наслаждением жизнью.
Прекрасны слова молитвы: «Приди и вселися
в ны».
В этих словах всё. Человек
имеет всё, что ему нужно, если бог вселится
в него. Для того же, чтобы бог вселился
в человека, делать нужно только одно: умалить
себя, чтобы дать место богу. Как только человек умалит
себя, бог тотчас же вселяется
в него. И потому для того, чтобы
иметь всё, что ему нужно, человеку надо прежде всего смириться.
Помни, что разумение твое,
имея свойство жизни
в самом
себе, делает тебя свободным, если ты не подгибаешь его служению плоти. Душа человека, просвещенная разумением, свободная от страстей, затемняющих этот свет, есть настоящая твердыня, и нет прибежища для человека, которое было бы вернее и неприступнее для зла. Кто не знает этого, тот слеп, а кто, зная, не верит разуму, тот истинно несчастен.
Неточные совпадения
С такой неровностью
в характере, с такими крупными, яркими противуположностями, он должен был неминуемо встретить по службе кучу неприятностей, вследствие которых и вышел
в отставку, обвиняя во всем какую-то враждебную партию и не
имея великодушия обвинить
в чем-либо
себя самого.
Все мы
имеем маленькую слабость немножко пощадить
себя, а постараемся лучше приискать какого-нибудь ближнего, на ком бы выместить свою досаду, например, на слуге, на чиновнике, нам подведомственном, который
в пору подвернулся, на жене или, наконец, на стуле, который швырнется черт знает куда, к самым дверям, так что отлетит от него ручка и спинка: пусть, мол, его знает, что такое гнев.
О
себе приезжий, как казалось, избегал много говорить; если же говорил, то какими-то общими местами, с заметною скромностию, и разговор его
в таких случаях принимал несколько книжные обороты: что он не значащий червь мира сего и не достоин того, чтобы много о нем заботились, что испытал много на веку своем, претерпел на службе за правду,
имел много неприятелей, покушавшихся даже на жизнь его, и что теперь, желая успокоиться, ищет избрать наконец место для жительства, и что, прибывши
в этот город, почел за непременный долг засвидетельствовать свое почтение первым его сановникам.
Не
имея ничего, он угощал и хлебосольничал, и даже оказывал покровительство, поощрял всяких артистов, приезжавших
в город, давал им у
себя приют и квартиру.
На вопрос, точно ли Чичиков
имел намерение увезти губернаторскую дочку и правда ли, что он сам взялся помогать и участвовать
в этом деле, Ноздрев отвечал, что помогал и что если бы не он, то не вышло бы ничего, — тут он и спохватился было, видя, что солгал вовсе напрасно и мог таким образом накликать на
себя беду, но языка никак уже не мог придержать.