Неточные совпадения
1) Для
того, чтобы человеку хорошо прожить свою жизнь, ему надо знать, что он должен и чего не должен делать. Для
того, чтобы знать это, ему надо понимать, что такое он
сам и
тот мир, среди которого он живет. Об этом учили во все
времена самые мудрые и добрые люди всех народов. Учения эти все
в самом главном сходятся между собою, сходятся и с
тем, что говорят каждому человеку его разум и совесть. Учение это такое...
Для
того, чтобы хорошо прожить жизнь, надо понимать, что такое жизнь и что
в этой жизни надо и чего не надо делать. Этому учили во все
времена самые мудрые и доброй жизни люди всех народов. Учения этих мудрых людей все
в самом главном сходятся к одному. Вот это-то одно для всех людей учение о
том, что такое жизнь человеческая и как надо проживать ее, и есть настоящая вера.
Не надо думать, что вера истинна оттого, что она старая. Напротив, чем дольше живут люди,
тем всё яснее и яснее становится им истинный закон жизни. Думать, что нам
в наше
время надо верить
тому же
самому, чему верили наши деды и прадеды, — это всё равно, что думать, что, когда ты вырос, тебе будет впору твоя детская одежа.
Все люди только одного хотят и об одном хлопочут: о
том, чтобы жить хорошо. И потому с
самых старинных
времен всегда и везде святые и мудрые люди думали и поучали людей о
том, как им надо жить, чтобы жизнь их была не дурная, а хорошая. И все эти мудрые и святые люди
в разных местах и
в разное
время учили людей одному и
тому же учению.
И придет
время, и скоро придет
то самое время, про которое говорил Христос, что он томится
в ожидании его, — придет
то время, когда люди будут гордиться не
тем, что они завладели силою людьми и их трудами, и радоваться не
тому, что они внушают страх и зависть людям, а гордиться
тем, что они любят всех, и радоваться
тому, что, несмотря на все огорчения, причиняемые им людьми, они испытывают это чувство, освобождающее их от всего дурного.
Ребенок еще не чует
в себе душу, и потому с ним не бывает
того, что бывает со взрослым человеком, когда
в нем
в одно и
то же
время говорят два несогласных голоса. Один говорит: съешь
сам, а другой: отдай
тому, кто просит. Один говорит: отплати, а другой говорит: прости. Один говорит: верь
тому, что говорят, а другой говорит:
сам подумай.
Человек же сознает
в себе
в одно и
то же
время и животное и бога, и потому не может быть безгрешным. Мы называем безгрешными детей, это — неверно. Ребенок не безгрешен.
В нем меньше грехов, чем во взрослом, но уже есть грехи тела. Также не безгрешен человек
самой святой жизни.
В святом меньше грехов, но грехи есть — без грехов нет жизни.
В наше
время большая часть людей думает, что благо жизни
в служении телу. Это видно из
того, что
самое распространенное
в наше
время учение это — учение социалистов. По этому учению, жизнь с малыми потребностями есть жизнь скотская, и увеличение потребностей это первый признак образованного человека, признак сознания им своего человеческого достоинства. Люди нашего
времени так верят этому ложному учению, что только глумятся над
теми мудрецами, которые
в уменьшении потребностей видели благо человека.
Еще с
самых древних
времен мудрецы учили
тому, что не надо есть мяса животных, а питаться растениями, но мудрецам не верили, и все ели мясо. Но
в наше
время с каждым годом находится всё больше и больше людей, которые считают грехом есть мясо и не едят его.
Самоуверенность сначала озадачивает людей. И
в первое
время люди приписывают самоуверенному человеку
то самое значение, которое он
сам себе приписывает. Но озадачение это проходит скоро. И люди очень скоро разочаровываются и за испытанный ими обман отплачивают презрением.
Если
в старину, когда каждый народ подчинялся одной неограниченной власти своего верховного обоготворяемого владыки и представлялся
сам себе как бы островом среди постоянно стремящегося залить его океана, если тогда патриотизм и имел смысл и представлялся добрым делом,
то в наше
время, когда пережитое уже народами чувство требует от людей прямо противоположного
тому, чего требует их разум, нравственное чувство, религия — признания равенства и братства всех людей, патриотизм не может представляться не чем иным, как только
самым грубым суеверием.
Какой бы ни был
в наше
время человек, будь он
самый образованный, будь он простой рабочий, будь он философ, ученый, будь он невежда, будь он богач, будь он нищий, будь он духовное лицо какого бы
то ни было исповедания, будь он военный, — всякий человек нашего
времени знает, что люди все имеют одинаковые права на жизнь и блага мира, что одни люди не лучше и не хуже других, что все люди равные. А между
тем всякий живет так, как будто не знает этого. Так сильно еще между людьми заблуждение о неравенстве людей.
Трудно найти
в наше
время человека, который за
самые большие выгоды, деньги или даже для
того, чтобы избавиться от
самой большой беды, решился бы убить беззащитного человека. А между
тем при смертных казнях
самые кроткие, миролюбивые люди признают необходимость убийства людей и участвуют
в них составлением законов, судами, военной службой. Отчего это? Оттого, что люди эти подпали суеверию о
том, что одни люди могут распоряжаться жизнями других людей.
В наше
время самые большие и вредные преступления не
те, которые совершаются
временами, а
те, которые совершаются непрестанно и не признаются преступлениями.
Просить бога о вещественном: о дожде, о выздоровлении, об избавлении от врагов и т. п. нельзя уже потому, что
в то же
самое время другие люди могут просить о противоположном, главное же, нельзя потому, что
в вещественном мире нам дано всё, что нам нужно. Молитва может быть о
том, чтобы бог помог нам жить духовной жизнью, такой жизнью, при которой всё, что случается с нами, всё было бы нам на благо. Просительная же молитва о вещественном есть только самообольщение.
Нет людей с более запутанными понятиями о религии, о нравственности, о жизни, чем люди науки; и еще более поразительно
то, что наука нашего
времени, совершая действительно большие успехи
в своей области исследования условий материального мира,
в жизни людей оказывается часто не только ни на что не нужной, но еще и производящею
самые вредные последствия.
Единственное объяснение
той безумной жизни, противной сознанию лучших людей всех
времен, которую ведут люди нашего
времени,
в том, что молодые поколения обучаются бесчисленным
самым трудным предметам: о состоянии небесных тел, о состоянии земли за миллионы лет, о происхождении организмов и т. п., не обучаются они только
тому одному, что всем и всегда нужно:
тому, какой смысл человеческой жизни, как надо прожить ее, что думали об этом вопросе и как решили его мудрейшие люди всех веков.
Главное зло науки нашего
времени в том, что она, не будучи
в состоянии изучать всё, и не зная, без помощи религии, что должно изучать, изучает только приятное для
самих людей науки, живущих неправильной жизнью.
Самое обычное явление нашего
времени — видеть
то, что люди, считающие себя учеными, образованными и просвещенными, зная бесчисленное количество ненужных вещей, коснеют
в самом грубом невежестве, не только не зная смысла своей жизни, но гордясь этим незнанием. И наоборот, не менее обычное явление встречать среди малограмотных и безграмотных людей, ничего не знающих о химической таблице, паралаксах и свойствах радия, людей истинно просвещенных, знающих смысл своей жизни и не гордящихся этим.
Все люди нашего
времени знают, что жизнь наша дурная, и не только осуждают устройство нашей жизни, но и делают дела, которые, по их мнению, должны улучшить жизнь. Но жизнь от этого не улучшается, а становится всё хуже и хуже. Отчего это? А оттого, что люди делают
самые хитрые и трудные дела для улучшения жизни, а не делают
самого простого и легкого: не воздерживаются от участия
в тех делах, которые делают нашу жизнь дурною.
В тяжелые
времена нужнее всего помнить, что когда трудно,
то это
самое трудное и есть
то, что задано мне, что это и есть
тот случай, который не повторится,
в котором я могу показать, что я точно хочу делать не свою, а его волю.
Неточные совпадения
Условий света свергнув бремя, // Как он, отстав от суеты, // С ним подружился я
в то время. // Мне нравились его черты, // Мечтам невольная преданность, // Неподражательная странность // И резкий, охлажденный ум. // Я был озлоблен, он угрюм; // Страстей игру мы знали оба; // Томила жизнь обоих нас; //
В обоих сердца жар угас; // Обоих ожидала злоба // Слепой Фортуны и людей // На
самом утре наших дней.
Но муж любил ее сердечно, //
В ее затеи не входил, // Во всем ей веровал беспечно, // А
сам в халате ел и пил; // Покойно жизнь его катилась; // Под вечер иногда сходилась // Соседей добрая семья, // Нецеремонные друзья, // И потужить, и позлословить, // И посмеяться кой о чем. // Проходит
время; между
тем // Прикажут Ольге чай готовить, // Там ужин, там и спать пора, // И гости едут со двора.
Услыша эти слова, Чичиков, чтобы не сделать дворовых людей свидетелями соблазнительной сцены и вместе с
тем чувствуя, что держать Ноздрева было бесполезно, выпустил его руки.
В это
самое время вошел Порфирий и с ним Павлушка, парень дюжий, с которым иметь дело было совсем невыгодно.
— Ради
самого Христа! помилуй, Андрей Иванович, что это ты делаешь! Оставлять так выгодно начатый карьер из-за
того только, что попался начальник не
того… Что ж это? Ведь если на это глядеть, тогда и
в службе никто бы не остался. Образумься, образумься. Еще есть
время! Отринь гордость и самолюбье, поезжай и объяснись с ним!
Одна из них нарочно прошла мимо его, чтобы дать ему это заметить, и даже задела блондинку довольно небрежно толстым руло своего платья, а шарфом, который порхал вокруг плеч ее, распорядилась так, что он махнул концом своим ее по
самому лицу;
в то же
самое время позади его из одних дамских уст изнеслось вместе с запахом фиалок довольно колкое и язвительное замечание.