Неточные совпадения
Игумен монастыря был дворянин,
ученый писатель и старец, то есть принадлежал к той преемственности, ведущейся из Валахии, монахов, безропотно подчиняющихся избранному руководителю и учителю. Игумен был ученик
известного старца Амвросия, ученика Макария, ученика старца Леонида, ученика Паисия Величковского. Этому игумну подчинился, как своему старцу, Касатский.
«Развлечение», модный иллюстрированный журнал того времени, целый год печатал на заглавном рисунке своего журнала центральную фигуру пьяного купца, и вся Москва знала, что это Миша Хлудов, сын миллионера — фабриканта Алексея Хлудова, которому отведена печатная страничка в словаре Брокгауза, как собирателю знаменитой хлудовской библиотеки древних рукописей и книг, которую описывали
известные ученые.
Вспомните, как
известный ученый и издатель научных сочинений Ковалевский, бывший одно время приятелем семейства Герцена, был заподозрен в шпионстве. И русские, в согласии самого Герцена, произвели в отсутствие Ковалевского у него домашний обыск и ничего не нашли. Мне это рассказывал один из производивших этот обыск, Николай Курочкин, брат Василия, тогда уже постоянный сотрудник"Отечественных записок"Некрасова и Салтыкова.
В типографии В.Н. Бестужева печаталась еще ежедневная газета «Жизнь», издательницей которой была Е.Н. Погодина, а редактором Д.М. Погодин, сын
известного ученого М.П. Погодина, владелец типографии в доме Котельниковой на Софийской набережной.
Неточные совпадения
Читая эти страницы, испещренные названиями какого-то птичьего языка, исполненные этнографических, географических, филологических данных о крае,
известном нам только по имени, благоговею перед всесокрушающею любознательностью и громадным терпением
ученого отца и робко краду у него вышеприведенные отрывочные сведения о Корее — все для вас.
Эти ярмарочные впечатления отлились у меня более десяти лет позднее в первом по счету рассказе „Фараончики“, написанном в 1866 году в Москве и появившемся в журнале „Развлечение“, у старика Ф.Б.Миллера, отца
известного московского
ученого Всеволода Федоровича.
Против нашего дома жил в собственном же доме С. И. Аничков, старый, богатый холостяк, слывший очень умным и даже
ученым человеком; это мнение подтверждалось тем, что он был когда-то послан депутатом от Оренбургского края в
известную комиссию, собранную Екатериною Второй для рассмотрения существующих законов.
— А вот и не все. Читали вы последнее сочинение
известного немецкого
ученого юриста Карпенсгалле: О разграничении гражданской и уголовной подсудности?
— Однако, позволь, мне рассказывали, что в
известный час амфитрион ужина восклицал: «Couvre feus!» [«Гасите свечи!» (франц.).], — возразил ему молодой
ученый, которому с ужасом и под величайшим секретом рассказывала это m-lle Блоха.