Человек хочет определять свою жизнь временем, как он определяет видимое им существование вне себя, и вдруг в нем пробуждается жизнь, не совпадающая с временем его плотского рождения, и он не хочет верить тому, что то, что не
определяется временем, может быть жизнью. Но сколько бы ни искал человек во времени той точки, с которой бы он мог считать начало своей разумной жизни, он никогда не найдет ее.
Неточные совпадения
Только человеку с ложным представлением о жизни кажется, что он знает предметы тем лучше, чем точнее они
определяются пространством и
временем; в действительности же мы знаем вполне только то, что не
определяется ни пространством, ни
временем — благо и закон разума.
Внешние же предметы мы знаем тем менее, чем менее в познании участвует наше сознание, вследствие чего предмет
определяется только своим местом в пространстве и
времени.
И потому, чем исключительнее предмет
определяется пространством и
временем, тем он менее познаваем для человека (понятен человеку).
И все эти самые важные понятные слова не
определяются пространством и
временем; напротив: чем непонятнее нам закон, которому подчиняется явление, тем точнее
определяется явление
временем и пространством.
Жизнь эта обнаруживается во
времени и пространстве, но
определяется не временными и пространственными условиями, а только степенью подчинения животной личности разуму. Определять жизнь временными и пространственными условиями, — это всё равно, что определять высоту предмета его длиной и шириной.
Разумная жизнь есть. Она одна есть. Промежутки
времени одной минуты или 50000 лет безразличны для нее, потому что для нее нет
времени. Жизнь человека истинная — та, из которой он составляет себе понятие о всякой другой жизни, — есть стремление к благу, достигаемому подчинением своей личности закону разума. Ни разум, ни степень подчинения ему не
определяются ни пространством, ни
временем. Истинная жизнь человеческая происходит вне пространства и
времени.
Неточные совпадения
Было то
время года, перевал лета, когда урожай нынешнего года уже
определился, когда начинаются заботы о посеве будущего года и подошли покосы, когда рожь вся выколосилась и, серо зеленая, не налитым, еще легким колосом волнуется по ветру, когда зеленые овсы, с раскиданными по ним кустами желтой травы, неровно выкидываются по поздним посевам, когда ранняя гречиха уже лопушится, скрывая землю, когда убитые в камень скотиной пары́ с оставленными дорогами, которые не берет соха, вспаханы до половины; когда присохшие вывезенные кучи навоза пахнут по зарям вместе с медовыми травами, и на низах, ожидая косы, стоят сплошным морем береженые луга с чернеющимися кучами стеблей выполонного щавельника.
— «Победа над идеализмом была в то же
время победой над женщиной». Вот — правда! Высота культуры
определяется отношением к женщине, — понимаешь?
Теория Шлейермахера, выражаясь современным философским языком, есть воинствующий психологизм, ибо «чувство» утверждается здесь в его субъективно-психологическом значении, как сторона духа, по настойчиво повторяемому определению Шлейермахера (см. ниже), а вместе с тем здесь все
время говорится о постижении Бога чувством, другими словами, ему приписывается значение гносеологическое, т. е. религиозной интуиции [Только эта двойственность и неясность учения Шлейермахера могла подать повод Франку истолковать «чувство» как религиозную интуицию, а не «сторону» психики (предисл. XXIX–XXX) и тем онтологизировать психологизмы Шлейермахера, а представителя субъективизма и имманентизма изобразить пик глашатая «религиозного реализма» (V).], а именно это-то смещение гносеологического и психологического и
определяется теперь как психологизм.
Объективное
время содержит достаточное основание для порядка поколений и смены исторических народов, чем и
определяется скелет истории.
Исходя из такого понимания иерархического строения человечества, мы должны признать, что чередование людей во
времени, смена поколений, народов, отдельных лиц ни в каком случае не представляет собой чего-то случайного и чисто эмпирического, но
определяется духовной структурой умопостигаемого человечества.