Только человеку с ложным представлением о жизни кажется, что он
знает предметы тем лучше, чем точнее они определяются пространством и временем; в действительности же мы знаем вполне только то, что не определяется ни пространством, ни временем — благо и закон разума.
Неточные совпадения
Исследуя одну или несколько сторон жизненных явлений, мы
узнаем все стороны; т. е., другими словами, что если очень долго и усердно смотреть на
предмет с одной стороны, то мы увидим
предмет со всех сторон и даже из середины.
Да в том-то и дело, что у всякого
предмета столько же сторон, сколько радиусов в шаре, т. е. без числа, и что нельзя изучать со всех сторон, а надо
знать, с какой стороны важнее, нужнее, и с которой менее важно и менее нужно.
Внешние же
предметы мы
знаем тем менее, чем менее в познании участвует наше сознание, вследствие чего
предмет определяется только своим местом в пространстве и времени.
Человек всегда видит эти три разряда
предметов в мире, потому что он сам в себе заключает эти три
предмета познания. Он
знает себя: 1) как разумное сознание, подчиняющее животное; 2) как животное, подчиненное разумному сознанию, и 3) как вещество, подчиненное животному.
Предметы мы видим вне себя потому, что мы видим их в своих глазах и жизнь мы
знаем вне себя потому только, что мы ее
знаем в себе. И видим
предметы мы только так, как мы их видим в своих глазах, и определяем мы жизнь вне себя только так, как мы ее
знаем в себе.
Знаем же мы жизнь в себе, как стремление к благу. И потому, без определения жизни как стремления к благу, нельзя не только наблюдать, но и видеть жизнь.
В то время как Володя отвечал ему с свободой и уверенностью, свойственною тем, кто хорошо
знает предмет, я без всякой цели вышел на лестницу, и так как вниз нельзя мне было идти, весьма естественно, что я незаметно для самого себя очутился на площадке.
На экзамен математики я пришел раньше обыкновенного. Я
знал предмет порядочно, но было два вопроса из алгебры, которые я как-то утаил от учителя и которые мне были совершенно неизвестны. Это были, как теперь помню: теории сочетаний и бином Ньютона. Я сел на заднюю лавку и просматривал два незнакомые вопроса; но непривычка заниматься в шумной комнате и недостаточность времени, которую я предчувствовал, мешали мне вникнуть в то, что я читал.
Известно, даже из начальных оснований логики, что только посредством силлогизма можно составить понятие о предмете; а силлогизм опять основывается на посылках, которых верность зависит от большей или меньшей правильности данных; для правильности же данных нужно
знать предмет, к которому они относятся, и т. д.
Разве не скучно с дамой, которая ни о чем знать не хочет, ни о чем больше не говорит, как о Фейербахе, Мальтусе и небесных светилах? — «Ничего, говорите вы, мне это нравится!» Очень хорошо; с вами легко согласиться, когда дама умна в настоящем смысле слова,
знает предмет основательно, читала с толком и серьезно. Ну а как Фейербах понимается вкривь и вкось и, главное, является за тем только, чтобы озадачивать ближнего и пускать пыль в глаза?…
Неточные совпадения
Я
знаю: дам хотят заставить // Читать по-русски. Право, страх! // Могу ли их себе представить // С «Благонамеренным» в руках! // Я шлюсь на вас, мои поэты; // Не правда ль: милые
предметы, // Которым, за свои грехи, // Писали втайне вы стихи, // Которым сердце посвящали, // Не все ли, русским языком // Владея слабо и с трудом, // Его так мило искажали, // И в их устах язык чужой // Не обратился ли в родной?
Они говорили, что все это вздор, что похищенье губернаторской дочки более дело гусарское, нежели гражданское, что Чичиков не сделает этого, что бабы врут, что баба что мешок: что положат, то несет, что главный
предмет, на который нужно обратить внимание, есть мертвые души, которые, впрочем, черт его
знает, что значат, но в них заключено, однако ж, весьма скверное, нехорошее.
Если бы Чичиков прислушался, то
узнал бы много подробностей, относившихся лично к нему; но мысли его так были заняты своим
предметом, что один только сильный удар грома заставил его очнуться и посмотреть вокруг себя; все небо было совершенно обложено тучами, и пыльная почтовая дорога опрыскалась каплями дождя.
Конечно, я
знаю, что ты занят иногда учеными
предметами, любишь читать (уж почему Ноздрев заключил, что герой наш занимается учеными
предметами и любит почитать, этого, признаемся, мы никак не можем сказать, а Чичиков и того менее).
Потом мысли его перенеслись незаметно к другим
предметам и наконец занеслись бог
знает куда.