Ганс заботливо приложил к разбитой губе друга платок, а к уху – медную бляху, которую всегда носил с собой.
Когда мы кушаем, Ганс стоит рядом, смотрит на нас и пускает слюни.
– Да уж, не об этом, – Ганс усмехнулся скорее из солидарности.