Неточные совпадения
Так что в наше время в нашем христианском мире одни люди, огромное большинство людей, живут, внешним
образом исполняя еще церковные обряды по привычке, для приличия, удобства, из страха перед властями
или даже корыстных целей, но не верят и не могут верить в учение этой церкви, уже ясно видя ее внутреннее противоречие; другая же, всё увеличивающаяся часть населения уже не только не признает существующей религии, но признает, под влиянием
того учения, которое называется «наукой», всякую религию остатком суеверия и не руководится в жизни ничем
иным, кроме своих личных побуждений.
Неточные совпадения
Таким
образом (
то есть в целях будущего), не церковь должна искать себе определенного места в государстве, как «всякий общественный союз»
или как «союз людей для религиозных целей» (как выражается о церкви автор, которому возражаю), а, напротив, всякое земное государство должно бы впоследствии обратиться в церковь вполне и стать не чем
иным, как лишь церковью, и уже отклонив всякие несходные с церковными свои цели.
Стремление разума к единству, его «архитектонический» стиль, «схоластические» наклонности (ведь схоластика есть в известном смысле добродетель разума, его добросовестность, — разум и должен быть схоластичен) ведут к
тому, что этой догматической массе придается
та или иная, большей частью внешняя, из потребностей педагогических возникающая система: таким
образом получается
то, что представляют собой «догматические богословия», «системы догматики», «summae theologiae» [«Сумма теологии» — главный трактат Фомы Аквинского, в котором излагаются основы католической теологии.
Бемизм есть динамический спинозизм, концепция же отношения Бога к миру у обоих одна и
та же [Cp., напр., у Спинозы: «Я раскрыл природу Бога и его свойства, а именно, что он необходимо существует; что он един; что он существует и действует по одной только необходимости своей природы; что он составляет свободную причину всех вещей; что все существует в Боге и, таким
образом, зависит от него, что без него не может ни существовать, ни быть представляемо; и наконец, что все предопределено Богом и именно не из свободы вовсе
или абсолютного благоизволения, а из абсолютной природы Бога,
иными словами, бесконечного его могущества…
Что вы знаете
или мните о природе вещей, лежит далеко в стороне от области религии: воспринимать в нашу жизнь и вдохновляться в этих воздействиях (вселенной) и в
том, что они пробуждают в нас, всем единичным не обособленно, а в связи с целым, всем ограниченным не в его противоположности
иному, а как символом бесконечного — вот что есть религия; а что хочет выйти за эти пределы и, напр., глубже проникнуть в природу и субстанцию вещей, есть уже не религия, а некоторым
образом стремится быть наукой…
Образ, под которым Бог обнаруживается, только субъективен, насколько получает силу
тот или иной атрибут и сообразно тварям, которым Он раскрывается» (Zohar, II, 42 b. de Pauly III, 192–193).