Подозревать, что своим намеком Веревкин хотел прибавить себе весу, — этого Привалов не мог по многим причинам: раз — он
хорошо относился к Веревкину по университетским воспоминаниям, затем Веревкин был настолько умен, что не допустит такого грубого подходца; наконец, из слов Веревкина, которыми он рекомендовал себя, можно вывести только то, что он сразу хотел поставить себя начистоту, без всяких недомолвок.
Только мне было неловко с ней, почему она ко мне
хорошо относится, этого я не понимаю, ведь даже себе я противна.
Шаррон (Муаррону). Ты, друг, проведешь день или два в помещении, где к тебе будут
хорошо относиться и кормить, а потом ты поедешь со мной к королю.
Неточные совпадения
Ты знаешь, что я
относилась к тебе
хорошо, очень дружественно и открыто, но вижу, что стала не нужна тебе и ты нисколько не уважаешь меня.
Все это делалось не ради рисовки: мы слишком
хорошо знали друг друга. Делалось это просто по вкоренившейся многолетней привычке не пропускать никакой мелочи и ко всему
относиться внимательно. Если бы он не занимался изучением следов с детства, то умер бы с голода. Когда я пропускал какой-нибудь ясный след, Дерсу подсмеивался надо мной, покачивал головой и говорил:
Все иманские китайцы
хорошо вооружены и живут очень зажиточно. Они
относились к нам крайне враждебно. На мои вопросы о дороге и о численности населения они отвечали грубо: «Бу чжи дао» (не знаю), а некоторые говорили прямо: «Знаю, да не сказу ».
С этими словами он преспокойно ушел в кабинет, вынул из кармана большой кусок ветчины, ломоть черного хлеба, — в сумме это составляло фунта четыре, уселся, съел все, стараясь
хорошо пережевывать, выпил полграфина воды, потом подошел к полкам с книгами и начал пересматривать, что выбрать для чтения: «известно…», «несамобытно…», «несамобытно…», «несамобытно…», «несамобытно…» это «несамобытно»
относилось к таким книгам, как Маколей, Гизо, Тьер, Ранке, Гервинус.
С евразийцами у меня были личные отношения, и они ко мне
относились хорошо, искали во мне поддержку от нападений старой эмиграции.