4) Если подсудимая Евфимия Бочкова не виновна по первому вопросу, то не виновна ли она в том, что 17-го января 188* года в городе N, состоя в услужении при гостинице «Мавритания», тайно похитила из запертого чемодана постояльца той гостиницы купца Смелькова, находившегося в его номере, 2500
рублей денег, для чего отперла чемодан на месте принесенным и подобранным ею ключом?
Неточные совпадения
Всех
денег у Катюши, когда она поселилась у повитухи, было 127
рублей: 27 — зажитых и 100
рублей, которые дал ей ее соблазнитель.
Повитуха взяла у нее за прожитье — за корм и зa чай — за два месяца 40
рублей, 25
рублей пошли за отправку ребенка, 40
рублей повитуха выпросила себе взаймы на корову,
рублей 20 разошлись так — на платья, на гостинцы, так что, когда Катюша выздоровела,
денег у нее не было, и надо было искать места.
Привлеченные в качестве обвиняемых Маслова, Бочкова и Картинкин виновными себя не признали, объявив: Маслова — что она действительно была послана Смельковым из дома терпимости, где она, по ее выражению, работает, в гостиницу «Мавританию» привезти купцу
денег, и что, отперев там данным ей ключом чемодан купца, она взяла из него 40
рублей серебром, как ей было велено, но больше
денег не брала, что могут подтвердить Бочкова и Картинкин, в присутствии которых она отпирала и запирала чемодан и брала
деньги.
— Когда же Евфимии Бочковой был предъявлен ее счет в банке на 1800
рублей серебром, — продолжал читать секретарь, — и спрошено: откуда у нее взялись такие
деньги, она показала, что они нажиты ею в продолжение двенадцати лет вместе с Симоном Картинкиным, за которого она собиралась выйти замуж.
«В виду всего вышеизложенного крестьянин села Борков Симон Петров Картинкин 33-х лет, мещанка Евфимия Иванова Бочкова 43-х лет и мещанка Екатерина Михайлова Маслова 27-ми лет обвиняются в том, что они 17-го января 188* года, предварительно согласившись между собой, похитили
деньги и перстень купца Смелькова на сумму 2500
рублей серебром и с умыслом лишить его жизни напоили его, Смелькова, ядом, отчего и последовала его, Смелькова, смерть.
— Ну, а не заметила ли подсудимая, когда доставала 40
рублей, сколько было
денег? — спросил опять прокурор.
Тогда не нужно было
денег, и можно было не взять и третьей части того, что давала мать, можно было отказаться от имения отца и отдать его крестьянам, — теперь же недоставало тех 1500
рублей в месяц, которые давала мать, и с ней бывали уже неприятные разговоры из-за
денег.
Он отвергал показание Масловой о том, что Бочкова и Картинкин были с ней вместе, когда она брала
деньги, настаивая на том, что показание ее, как уличенной отравительницы, не могло иметь веса.
Деньги, 2500
рублей, говорил адвокат, могли быть заработаны двумя трудолюбивыми и честными людьми, получавшими иногда в день по 3 и 5
рублей от посетителей.
Деньги же купца были похищены Масловой и кому-либо переданы или даже потеряны, так как она была не в нормальном состоянии. Отравление совершила одна Маслова.
1) Виновен ли крестьянин села Борков, Крапивенского уезда, Симон Петров Картинкин, 33 лет, в том, что 17-го января 188* года в городе N, замыслив лишить жизни купца Смелькова, с целью ограбления его, по соглашению с другими лицами, дал ему в коньяке яду, отчего и последовала смерть Смелькова, и похитил у него
деньгами около 2500
рублей и брильянтовый перстень?
Маслова достала из калача же
деньги и подала Кораблевой купон. Кораблева взяла купон, посмотрела и, хотя не знала грамоте, поверила всё знавшей Хорошавке, что бумажка эта стоит 2
рубля 50 копеек, и полезла к отдушнику за спрятанной там склянкой с вином. Увидав это, женщины — не-соседки по нарам — отошли к своим местам. Маслова между тем вытряхнула пыль из косынки и халата, влезла на нары и стала есть калач.
— А я хочу вас попросить…
денег, если можете. Немного… десять
рублей, больше не надо, — вдруг сказала она.
Он рассказал про все свои обстоятельства и про работу на торфяных болотах, с которой они ехали теперь домой, проработав на ней два с половиной месяца и везя домой заработанные
рублей по 10
денег на брата, так как часть заработков дана была вперед при наемке.
Этому чиновнику посылают еще сто
рублей деньгами к Пасхе, столько-то раздать у себя в деревне старым слугам, живущим на пенсии, а их много, да мужичкам, которые то ноги отморозили, ездивши по дрова, то обгорели, суша хлеб в овине, кого в дугу согнуло от какой-то лихой болести, так что спины не разогнет, у другого темная вода закрыла глаза.
Неточные совпадения
— А ей-богу, так! Ведь у меня что год, то бегают. Народ-то больно прожорлив, от праздности завел привычку трескать, а у меня есть и самому нечего… А уж я бы за них что ни дай взял бы. Так посоветуйте вашему приятелю-то: отыщись ведь только десяток, так вот уж у него славная
деньга. Ведь ревизская душа стóит в пятистах
рублях.
— Не знаю, как вам дать, я не взял с собою
денег. Да, вот десять
рублей есть.
— Когда ты не хочешь на
деньги, так вот что, слушай: я тебе дам шарманку и все, сколько ни есть у меня, мертвые души, а ты мне дай свою бричку и триста
рублей придачи.
— Вы, матушка, — сказал он, — или не хотите понимать слов моих, или так нарочно говорите, лишь бы что-нибудь говорить… Я вам даю
деньги: пятнадцать
рублей ассигнациями. Понимаете ли? Ведь это
деньги. Вы их не сыщете на улице. Ну, признайтесь, почем продали мед?
Когда набралось
денег до пяти
рублей, он мешочек зашил и стал копить в другой.