Но такого человека, который бы пожалел его, не нашлось
ни одного во всё то время, когда он, как зверок, жил в городе свои года ученья и, обстриженный под гребенку, чтоб не разводить вшей, бегал мастерам за покупкой; напротив, всё, что он слышал от мастеров и товарищей с тех пор, как он живет в городе, было то, что молодец тот, кто обманет, кто выпьет, кто обругает, кто прибьет, развратничает.
Неточные совпадения
Как
ни старались люди, собравшись в
одно небольшое место несколько сот тысяч, изуродовать ту землю, на которой они жались, как
ни забивали камнями землю, чтобы ничего не росло на ней, как
ни счищали всякую пробивающуюся травку, как
ни дымили каменным углем и нефтью, как
ни обрезывали деревья и
ни выгоняли всех животных и птиц, — весна была весною даже и в городе.
Он рассказывал про тот удивительный оборот, который умел дать делу знаменитый адвокат и по которому
одна из сторон, старая барыня, несмотря на то, что она была совершенно права, должна будет
ни за что заплатить большие деньги противной стороне.
Несмотря на то, что он не переставал караулить ее, ему
ни разу не удалось
один на
один встретить ее в этот день.
Товарищ прокурора говорил очень долго, с
одной стороны стараясь вспомнить все те умные вещи, которые он придумал, с другой стороны, главное,
ни на минуту не остановиться, а сделать так, чтобы речь его лилась, не умолкая, в продолжение часа с четвертью.
— Нет, как
ни говорите, в нем есть мистическое, а без мистического нет поэзии, — говорила она,
одним черным глазом сердито следя за движениями лакея, который опускал гардину.
Она смеялась над ним и ласкала его, как свое прирученное животное. Нехлюдов в прошлую зиму был
один раз у них, но ему так неинтересна показалась эта чета, что
ни разу после он не был.
Очевидно было, что, как
ни искусны и
ни стары и привычны были доводы, позволяющие людям делать зло другим, не чувствуя себя за него ответственными, смотритель не мог не сознавать, что он
один из виновников того горя, которое проявлялось в этой комнате; и ему, очевидно, было ужасно тяжело.
Доводы управляющего о том, как при передаче земли крестьянам
ни за что пропадет весь инвентарь, который нельзя будет продать за
одну четверть того, что он стоит, как крестьяне испортят землю, вообще как много Нехлюдов потеряет при такой передаче, только подтверждали Нехлюдова в том, что он совершает хороший поступок, отдавая крестьянам землю и лишая себя большой части дохода.
Кроме того, я теперь уеду в Сибирь, и потому
ни дом
ни имение мне не нужны», говорил
один голос.
— Ну, и отработаю, отпусти корову-то, не мори голодом, — злобно прокричала она. — И так
ни дня
ни ночи отдыха нет. Свекровь больная. Муж закатился.
Одна поспеваю во все концы, а силы нет. Подавись ты отработкой своей.
Несмотря на эти свойства, он был близкий человек ко двору и любил царя и его семью и умел каким-то удивительным приемом, живя в этой высшей среде, видеть в ней
одно хорошее и не участвовать
ни в чем дурном и нечестном.
— Если можно признать, что что бы то
ни было важнее чувства человеколюбия, хоть на
один час и хоть в каком-нибудь
одном, исключительном случае, то нет преступления, которое нельзя бы было совершать над людьми, не считая себя виноватым».
— Если бы была задана психологическая задача: как сделать так, чтобы люди нашего времени, христиане, гуманные, просто добрые люди, совершали самые ужасные злодейства, не чувствуя себя виноватыми, то возможно только
одно решение: надо, чтобы было то самое, что есть, надо, чтобы эти люди были губернаторами, смотрителями, офицерами, полицейскими, т. е. чтобы, во-первых, были уверены, что есть такое дело, называемое государственной службой, при котором можно обращаться с людьми, как с вещами, без человеческого, братского отношения к ним, а во-вторых, чтобы люди этой самой государственной службой были связаны так, чтобы ответственность за последствия их поступков с людьми не падала
ни на кого отдельно.
«
Один раз, — как она, смеясь, рассказывала, — ко мне пристал на улице какой-то господин и
ни за что не хотел отстать, так я так потрясла его, что он испугался и убежал от меня».
Стремит Онегин? Вы заране // Уж угадали; точно так: // Примчался к ней, к своей Татьяне, // Мой неисправленный чудак. // Идет, на мертвеца похожий. // Нет
ни одной души в прихожей. // Он в залу; дальше: никого. // Дверь отворил он. Что ж его // С такою силой поражает? // Княгиня перед ним, одна, // Сидит, не убрана, бледна, // Письмо какое-то читает // И тихо слезы льет рекой, // Опершись на руку щекой.
Неточные совпадения
Он в том покое поселился, // Где деревенский старожил // Лет сорок с ключницей бранился, // В окно смотрел и мух давил. // Всё было просто: пол дубовый, // Два шкафа, стол, диван пуховый, // Нигде
ни пятнышка чернил. // Онегин шкафы отворил; // В
одном нашел тетрадь расхода, // В другом наливок целый строй, // Кувшины с яблочной водой // И календарь осьмого года: // Старик, имея много дел, // В иные книги не глядел.
Ответа нет. Он вновь посланье: // Второму, третьему письму // Ответа нет. В
одно собранье // Он едет; лишь вошел… ему // Она навстречу. Как сурова! // Его не видят, с ним
ни слова; // У! как теперь окружена // Крещенским холодом она! // Как удержать негодованье // Уста упрямые хотят! // Вперил Онегин зоркий взгляд: // Где, где смятенье, состраданье? // Где пятна слез?.. Их нет, их нет! // На сем лице лишь гнева след…
Но там, где Мельпомены бурной // Протяжный раздается вой, // Где машет мантией мишурной // Она пред хладною толпой, // Где Талия тихонько дремлет // И плескам дружеским не внемлет, // Где Терпсихоре лишь
одной // Дивится зритель молодой // (Что было также в прежни леты, // Во время ваше и мое), // Не обратились на нее //
Ни дам ревнивые лорнеты, //
Ни трубки модных знатоков // Из лож и кресельных рядов.
Воображаясь героиней // Своих возлюбленных творцов, // Кларисой, Юлией, Дельфиной, // Татьяна в тишине лесов //
Одна с опасной книгой бродит, // Она в ней ищет и находит // Свой тайный жар, свои мечты, // Плоды сердечной полноты, // Вздыхает и, себе присвоя // Чужой восторг, чужую грусть, // В забвенье шепчет наизусть // Письмо для милого героя… // Но наш герой, кто б
ни был он, // Уж верно был не Грандисон.
Она его не замечает, // Как он
ни бейся, хоть умри. // Свободно дома принимает, // В гостях с ним молвит слова три, // Порой
одним поклоном встретит, // Порою вовсе не заметит; // Кокетства в ней
ни капли нет — // Его не терпит высший свет. // Бледнеть Онегин начинает: // Ей иль не видно, иль не жаль; // Онегин сохнет, и едва ль // Уж не чахоткою страдает. // Все шлют Онегина к врачам, // Те хором шлют его к водам.