Неточные совпадения
Нехлюдов пустил ее, и ему стало на мгновенье не только неловко и стыдно, но гадко на себя. Ему
бы надо было поверить себе, но он не понял, что эта неловкость и стыд были самые добрые чувства его души, просившиеся наружу, а, напротив, ему показалось, что это говорит в нем его глупость, что
надо делать, как все делают.
Он думал еще и о том, что, хотя и жалко уезжать теперь, не насладившись вполне любовью с нею, необходимость отъезда выгодна тем, что сразу разрывает отношения, которые трудно
бы было поддерживать. Думал он еще о том, что
надо дать ей денег, не для нее, не потому, что ей эти деньги могут быть нужны, а потому, что так всегда делают, и его
бы считали нечестным человеком, если
бы он, воспользовавшись ею, не заплатил
бы за это. Он и дал ей эти деньги, — столько, сколько считал приличным по своему и ее положению.
«И такая удивительная случайность! Ведь
надо же, чтобы это дело пришлось именно на мою сессию, чтобы я, нигде не встречая ее 10 лет, встретил ее здесь, на скамье подсудимых! И чем всё это кончится? Поскорей, ах, поскорей
бы!»
— Знаю, что не пропаду, да всё-таки обидно. Не такую
бы мне судьбу
надо, как я привыкла к хорошей жизни.
«Такое же опасное существо, как вчерашняя преступница, — думал Нехлюдов, слушая всё, что происходило перед ним. — Они опасные, а мы не опасные?.. Я — распутник, блудник, обманщик, и все мы, все те, которые, зная меня таким, каков я есмь, не только не презирали, но уважали меня? Но если
бы даже и был этот мальчик самый опасный для общества человек из всех людей, находящихся в этой зале, то что же, по здравому смыслу,
надо сделать, когда он попался?
— Ну, всё-таки я вам скажу, по мере сил приносить пользу, всё-таки, что могу, смягчаю. Кто другой на моем месте совсем
бы не так повел. Ведь это легко сказать: 2000 с лишним человек, да каких.
Надо знать, как обойтись. Тоже люди, жалеешь их. А распустить тоже нельзя.
— Я учительница, но хотела
бы на курсы, и меня не пускают. Не то что не пускают, они пускают, но
надо средства. Дайте мне, и я кончу курс и заплачу вам. Я думаю, богатые люди бьют медведей, мужиков поят — всё это дурно. Отчего
бы им не сделать добро? Мне нужно
бы только 80 рублей. А не хотите, мне всё равно, — сердито сказала она.
— Да, начальство оплошность сделало, их
бы надо послать и водворить на место жительства, — говорил помощник.
На этот коммунистический проект у Нехлюдова аргументы тоже были готовы, и он возразил, что для этого
надо, чтобы у всех были плуги, и лошади были
бы одинаковые, и чтобы одни не отставали от других, или чтобы всё — и лошади, и плуги, и молотилки, и всё хозяйство — было
бы общее, а что для того, чтобы завести это,
надо, чтобы все люди были согласны.
И он точно не сомневался в этом не потому, что это было так, а потому, что если
бы это было не так, ему
бы надо было признать себя не почтенным героем, достойно доживающим хорошую жизнь, а негодяем, продавшим и на старости лет продолжающим продавать свою совесть.
— И хороший товарищ обер-прокурора, дельный. Вот его
бы надо было просить, — сказал Фанарин.
—
Надо было записать в протокол. Если
бы это было при кассационной жалобе…
Нехлюдов уехал
бы в тот же день вечером, но он обещал Mariette быть у нее в театре, и хотя он знал, что этого не
надо было делать, он всё-таки, кривя перед самим собой душой, поехал, считая себя обязанным данным словом.
— Вы говорите, не
надо ли чего, — сказала Маслова, стараясь удержать губы от радостной улыбки, — нельзя ли эту женщину оставить, а то мучается. Вот
бы сказали начальству.
— Если
бы была задана психологическая задача: как сделать так, чтобы люди нашего времени, христиане, гуманные, просто добрые люди, совершали самые ужасные злодейства, не чувствуя себя виноватыми, то возможно только одно решение:
надо, чтобы было то самое, что есть,
надо, чтобы эти люди были губернаторами, смотрителями, офицерами, полицейскими, т. е. чтобы, во-первых, были уверены, что есть такое дело, называемое государственной службой, при котором можно обращаться с людьми, как с вещами, без человеческого, братского отношения к ним, а во-вторых, чтобы люди этой самой государственной службой были связаны так, чтобы ответственность за последствия их поступков с людьми не падала ни на кого отдельно.
Придем домой, пальцы раздуются, руки гудут, отдохнуть
бы надо, а она, не ужинамши, бежит в сарай, на утро свясла готовит.
Неточные совпадения
Увы, Татьяна увядает; // Бледнеет, гаснет и молчит! // Ничто ее не занимает, // Ее души не шевелит. // Качая важно головою, // Соседи шепчут меж собою: // Пора, пора
бы замуж ей!.. // Но полно.
Надо мне скорей // Развеселить воображенье // Картиной счастливой любви. // Невольно, милые мои, // Меня стесняет сожаленье; // Простите мне: я так люблю // Татьяну милую мою!
Когда он ушел, ужасная грусть стеснила мое сердце. Судьба ли нас свела опять на Кавказе, или она нарочно сюда приехала, зная, что меня встретит?.. и как мы встретимся?.. и потом, она ли это?.. Мои предчувствия меня никогда не обманывали. Нет в мире человека, над которым прошедшее приобретало
бы такую власть, как
надо мною. Всякое напоминание о минувшей печали или радости болезненно ударяет в мою душу и извлекает из нее все те же звуки… Я глупо создан: ничего не забываю, — ничего!
Другой
бы на моем месте предложил княжне son coeur et sa fortune; [руку и сердце (фр.).] но
надо мною слово жениться имеет какую-то волшебную власть: как
бы страстно я ни любил женщину, если она мне даст только почувствовать, что я должен на ней жениться, — прости любовь! мое сердце превращается в камень, и ничто его не разогреет снова.
Во что
бы то ни стало
надо решиться, хоть на что-нибудь, или…
У папеньки Катерины Ивановны, который был полковник и чуть-чуть не губернатор, стол накрывался иной раз на сорок персон, так что какую-нибудь Амалию Ивановну, или, лучше сказать, Людвиговну, туда и на кухню
бы не пустили…» Впрочем, Катерина Ивановна положила до времени не высказывать своих чувств, хотя и решила в своем сердце, что Амалию Ивановну непременно
надо будет сегодня же осадить и напомнить ей ее настоящее место, а то она бог знает что об себе замечтает, покамест же обошлась с ней только холодно.