Неточные совпадения
Так
прожила Маслова
семь лет. За это время она переменила два дома и один раз была
в больнице. На седьмом году ее пребывания
в доме терпимости и на восьмом году после первого падения, когда ей было 26 лет, с ней случилось то, за что ее посадили
в острог и теперь вели на суд, после шести месяцев пребывания
в тюрьме с убийцами и воровками.
Она не только знает читать и писать, она знает по-французски, она, сирота, вероятно несущая
в себе зародыши преступности, была воспитана
в интеллигентной дворянской
семье и могла бы
жить честным трудом; но она бросает своих благодетелей, предается своим страстям и для удовлетворения их поступает
в дом терпимости, где выдается от других своих товарок своим образованием и, главное, как вы слышали здесь, господа присяжные заседатели, от ее хозяйки, умением влиять на посетителей тем таинственным,
в последнее время исследованным наукой,
в особенности школой Шарко, свойством, известным под именем внушения.
Тот, мужик, убил
в минуту раздражения, и он разлучен с женою, с
семьей, с родными, закован
в кандалы и с бритой головой идет
в каторгу, а этот сидит
в прекрасной комнате на гауптвахте, ест хороший обед, пьет хорошее вино, читает книги и нынче-завтра будет выпущен и будет
жить попрежнему, только сделавшись особенно интересным.
Несмотря на эти свойства, он был близкий человек ко двору и любил царя и его
семью и умел каким-то удивительным приемом,
живя в этой высшей среде, видеть
в ней одно хорошее и не участвовать ни
в чем дурном и нечестном.
«Я
жить хочу, хочу
семью, детей, хочу человеческой жизни», мелькнуло у него
в голове
в то время, как она быстрыми шагами, не поднимая глаз, входила
в комнату.
Особенно жутко приходилось разному сиротству, изработавшимся на огненной работе старикам и вообще всем тем, кто
жил в семье из-за готового хлеба и промышлял по части разной домашности.
Соня, кузина Наташи Ростовой, тоже полна самоотвержения. Она покорно отказывается от прав своих на Николая Ростова,
живет в семье бывшего жениха, ухаживает за его детьми, за старой графиней. «Но все это принималось невольно с слишком слабою благодарностью». Наташа, в разговоре с женою брата, вот как отзывается о Соне:
Неточные совпадения
Вон Варенц
семь лет с мужем
прожила, двух детей бросила, разом отрезала мужу
в письме: «Я сознала, что с вами не могу быть счастлива.
Не явилась тоже и одна тонная дама с своею «перезрелою девой», дочерью, которые хотя и
проживали всего только недели с две
в нумерах у Амалии Ивановны, но несколько уже раз жаловались на шум и крик, подымавшийся из комнаты Мармеладовых, особенно когда покойник возвращался пьяный домой, о чем, конечно, стало уже известно Катерине Ивановне, через Амалию же Ивановну, когда та, бранясь с Катериной Ивановной и грозясь прогнать всю
семью, кричала во все горло, что они беспокоят «благородных жильцов, которых ноги не стоят».
— Случайно-с… Мне все кажется, что
в вас есть что-то к моему подходящее… Да не беспокойтесь, я не надоедлив; и с шулерами уживался, и князю Свирбею, моему дальнему родственнику и вельможе, не надоел, и об Рафаэлевой Мадонне госпоже Прилуковой
в альбом сумел написать, и с Марфой Петровной
семь лет безвыездно
проживал, и
в доме Вяземского на Сенной
в старину ночевывал, и на шаре с Бергом, может быть, полечу.
Я
семь лет
прожил в деревне у Марфы Петровны, а потому, набросившись теперь на умного человека, как вы, — на умного и
в высшей степени любопытного, просто рад поболтать, да, кроме того, выпил эти полстакана вина и уже капельку
в голову ударило.
Вот у нас обвиняли было Теребьеву (вот что теперь
в коммуне), что когда она вышла из
семьи и… отдалась, то написала матери и отцу, что не хочет
жить среди предрассудков и вступает
в гражданский брак, и что будто бы это было слишком грубо, с отцами-то, что можно было бы их пощадить, написать мягче.