— Чорт меня дернул пойти к этой крысе (прозвище офицера), — растирая себе обеими руками лоб и лицо, говорил он. — Можешь себе представить, ни одной карты, ни одной, ни одной карты не дал.
— И что́ становятся? Порядку-то нет! — говорили солдаты. — Куда прешь? Чорт! Нет того, чтобы подождать. Хуже того будет, как он мост подожжет. Вишь, и офицера-то приперли, — говорили с разных сторон остановившиеся толпы, оглядывая друг друга, и всё жались вперед к выходу.
— Что̀ это? как бараны! точь-в-точь бараны! Прочь… дай дорогу!… Стой там! ты повозка, чорт! Саблей изрублю! — кричал он, действительно вынимая наголо саблю и начиная махать ею.
— И напиться-то времени не дадут! — отвечал Васька Денисов. — Целый день то туда, то сюда таскают полк. Драться — так драться. А то чорт знает что̀ такое!
— Да еще какая! — прокричал Денисов. — Молодцами работали! А работа скверная! Атака — любезное дело, рубай в пѐси, а тут, чорт знает что̀, бьют как в мишень.
«И чорт их принес! — думал он в то время, как Тихон накрывал ночною рубашкой его сухое, старческое тело, обросшее на груди седыми волосами. — Я их не звал. Приехали расстраивать мою жизнь. И немного ее осталось».
— А чорт их знает? Всех побил! Пропадай всё! — отвечали ему по-русски, по-немецки и по-чешски толпы бегущих и непонимавших точно так же, как и он, того, чтó тут делалось.
«Чорт с ними, с этими мужиками и деньгами, и транспортами по странице, — думал он. — Еще от угла на шесть кушей я понимал когда-то, но по странице транспорт — ничего не понимаю», сказал он сам себе и с тех пор более не вступался в дела. Только однажды графиня позвала к себе сына, сообщила ему о том, что у нее есть вексель Анны Михайловны на две тысячи, и спросила у Николая, как он думает поступить с ним.
— Убирайся к чорту, — сказал Анатоль и, взявшись за волосы, вышел в другую комнату и тотчас же вернулся и с ногами сел на кресло близко перед Долоховым. — Это чорт знает что́ такое! А? Ты посмотри, как бьется! — Он взял руку Долохова и приложил к своему сердцу. — Ah! quel pied, mon cher, quel regard! Une déesse!! [ — Какая ножка, любезный друг, какой взгляд! Богиня!!] A?
— Тоже дожидаетесь главнокомандующего? — заговорил гусарский подполковник. — Говорят всем доступен, слава Богу. А то с колбасниками беда! Не даром Ермолов в немцы просился. Теперь авось и русским говорить можно будет. А то чорт знает, чтó делали. Всё отступали — всё отступали. Вы делали поход? — спросил он.
— Quartire, quartire, logement, — сказал офицер, сверху вниз, с снисходительною и добродушною улыбкой, глядя на маленького человека. — Les Français sont de bons enfants. Que diable! Voyons! Ne nous fâchons pas, mon vieux, [ — Квартир, квартир. Французы добрые ребята. Чорт возьми, не будем ссориться, дедушка,] — прибавил он, трепля по плечу испуганного и молчаливого Герасима.
— Voulez vous bien!?.. [ — Ну, что еще? — Он пойдет, чорт возьми! — Проходите, проходите. — Да нет же, он умирает… — Поди ты к…] — злобно нахмурившись, крикнул капитан.
— Э, чорт! — злобно вскрикнул Денисов и, оскалив зубы, плетью раза три ударил лошадь, забрызгав себя и товарищей грязью. Денисов был не в духе: и от дождя, и от голода (с утра никто ничего не ел), и главное от того, что от Долохова до сих пор не было известий и посланный взять языка не возвращался.
— C’est vous, Clément? — сказал он. — D’où, diable… [Это вы, Клеман? Откуда, чорт…] — но он не докончил, узнав свою ошибку и слегка нахмурившись, как с незнакомым, поздоровался с Долоховым, спрашивая его, чем он может служить. Долохов рассказал, что он с товарищем догонял свой полк и спросил, обращаясь ко всем вообще, не знали ли офицеры чего-нибудь о 6-м полку. Никто ничего не знал; и Пете показалось, что офицеры враждебно и подозрительно стали осматривать его и Долохова. Несколько секунд все молчали.
— Слава Богу! — крикнул он. — Ну, слава Богу! — повторял он, слушая восторженный рассказ Пети. — И чорт тебя возьми, из-за тебя не спал! — проговорил Денисов. — Ну, слава Богу, теперь ложись спать. Еще вздремнем до утра.
Идет паровоз. Спрашивается, отчего он движется? Мужик говорит: чорт движет его. Другой говорит, что паровоз идет оттого, что в нем движутся колеса. Третий утверждает, что причина движения заключается в дыме, относимом ветром.
Для того чтоб его опровергнуть, надо, чтобы кто-нибудь доказал ему, что нет чорта, или чтобы другой мужик объяснил, что не чорт, а немец движет паровоз.
ЧОРТ, а (но: ни черта́), мн. че́рти, е́й, м.
1. В суеверных представлениях — сверхъестественное существо, живущее в аду, олицетворяющее собой злое начало мира, противопоставляемое доброму началу (богу), то же, что злой дух, дьявол, сатана (обычно в образе человека, но с рогами, хвостом и копытами). Только разве по козлиной бороде под мордой, по небольшим рожкам, торчавшим на голове... можно было догадаться, что он не немец и не губернский стряпчий, а просто чорт. Гоголь. Смутился чертенок, что не навел мужика на грех, и пошел сказаться набольшему чорту. Л. Толстой. Жрать захочет, обругается и чорта помянет. Л. Толстой. Ни богу свечка, ни чорту кочерга. Поговорка (о ком-чем-н. никчемном, никому не нужном). Не так страшен чорт, как его малюют. Пословица. Чорт попутал. Поговорка. Бояться, как чорт ладана или бежать, как чорт от ладана (см. ладан). (Толковый словарь Ушакова)
ЧОРТ, а (но: ни черта́), мн. че́рти, е́й, м.
1. В суеверных представлениях — сверхъестественное существо, живущее в аду, олицетворяющее собой злое начало мира, противопоставляемое доброму началу (богу), то же, что злой дух, дьявол, сатана (обычно в образе человека, но с рогами, хвостом и копытами). Только разве по козлиной бороде под мордой, по небольшим рожкам, торчавшим на голове... можно было догадаться, что он не немец и не губернский стряпчий, а просто чорт. Гоголь. Смутился чертенок, что не навел мужика на грех, и пошел сказаться набольшему чорту. Л. Толстой. Жрать захочет, обругается и чорта помянет. Л. Толстой. Ни богу свечка, ни чорту кочерга. Поговорка (о ком-чем-н. никчемном, никому не нужном). Не так страшен чорт, как его малюют. Пословица. Чорт попутал. Поговорка. Бояться, как чорт ладана или бежать, как чорт от ладана (см. ладан).
