Неточные совпадения
Она провела его в темную гостиную, и Пьер рад был, что никто там не видел его
лица. Анна Михайловна ушла от него, и когда она вернулась, он, подложив под голову руку,
спал крепким сном.
Лицо Козловского было измученное — он, видно, тоже не
спал ночь.
Но это была она в новом, незнакомом еще ему, сшитом без него платье. Все оставили его, и он побежал к ней. Когда они сошлись, она
упала на его грудь рыдая. Она не могла поднять
лица и только прижимала его к холодным снуркам его венгерки. Денисов, никем не замеченный, войдя в комнату, стоял тут же и, глядя на них, тер себе глаза.
— Не… нет, — проговорил сквозь зубы Долохов, — нет, не кончено, — и сделав еще несколько падающих, ковыляющих шагов до самой сабли,
упал на снег подле нее. Левая рука его была в крови, он обтер ее о сюртук и оперся ею.
Лицо его было бледно, нахмуренно и дрожало.
То ему представлялась она в первое время после женитьбы, с открытыми плечами и усталым, страстным взглядом, и тотчас же рядом с нею представлялось красивое, наглое и твердо-насмешливое
лицо Долохова, каким оно было на обеде, и то же
лицо Долохова, бледное, дрожащее и страдающее, каким оно было, когда он повернулся и
упал на снег.
Княжна не
упала, с ней не сделалось дурноты. Она была уже бледна, но когда она услыхала эти слова,
лицо ее изменилось, и что-то просияло в ее лучистых, прекрасных глазах. Как будто радость, высшая радость, независимая от печалей и радостей этого мира, разлилась сверх той сильной печали, которая была в ней. Она забыла весь страх к отцу, подошла к нему, взяла его за руку, потянула к себе и обняла за сухую, жилистую шею.
— Ну пускай
спит, — сказала Марья Дмитриевна, уходя из комнаты, думая, что она
спит. Но Наташа не
спала и остановившимися раскрытыми глазами из бледного
лица прямо смотрела перед собою. Всю эту ночь Наташа не
спала, и не плакала, и не говорила с Соней, несколько раз встававшею и подходившею к ней.
Но Пьер не успел договорить этих слов, как с трех сторон вдруг
напали на него. Сильнее всех
напал на него давно знакомый ему, всегда хорошо расположенный к нему игрок в бостон, Степан Степанович Адраксин. Степан Степанович был в мундире, и от мундира ли или от других причин, Пьер увидал перед собой совсем другого человека. Степан Степанович, с вдруг проявившеюся старческою злобой на
лице, закричал на Пьера.
Его нет, а есть тут же, на том же месте, где он был, что-то чуждое и враждебное, какая-то страшная, ужасающая и отталкивающая тайна!» И, закрыв
лицо руками, княжна Марья
упала на руки доктора, поддержавшего ее.
В числе перебираемых
лиц для предмета разговора, общество Жюли
попало на Ростовых.
В третьем часу атаки французов прекратились. На всех
лицах, приезжавших с поля сражения, и на тех, которые стояли вокруг него, Кутузов читал выражение напряженности, дошедшей до высшей степени. Кутузов был доволен успехом дня сверх ожидания. Но физические силы оставляли старика. Несколько раз голова его низко опускалась, как бы
падая, и он задремывал. Ему подали обедать.
Измученным, без пищи и без отдыха, людям той и другой стороны начинало одинаково приходить сомнение о том, следует ли им еще истреблять друг друга, и на всех
лицах было заметно колебанье, и в каждой душе одинаково поднимался вопрос: «Зачем, для кого мне убивать и быть убитому? Убивайте, кого хотите, делайте, что́ хотите, а я не хочу больше!» Мысль эта к вечеру одинаково созрела в душе каждого. Всякую минуту могли все эти люди ужаснуться того, что́ они делали, бросить всё и побежать куда
попало.
В то время как Верещагин
упал, и толпа с диким ревом стеснилась и заколыхалась над ним, Растопчин вдруг побледнел и, вместо того, чтоб итти к заднему крыльцу, у которого ждали его лошади, он, сам не зная куда и зачем, опустив голову, быстрыми шагами пошел по коридору, ведущему в комнаты нижнего этажа.
Лицо графа было бледно, и он не мог остановить трясущуюся как в лихорадке нижнюю челюсть.
Тарутинское сражение очевидно не достигло той цели, которую имел в виду Толь: по порядку ввести по диспозиции в дело войска, и той — которую мог иметь граф Орлов, взять в плен Мюрата, или цели истребления мгновенно всего корпуса, которую могли иметь Бенигсен и другие
лица, или цели офицера, желавшего
попасть в дело и отличиться, или казака, который хотел приобрести больше добычи, чем он приобрел, и т. д.
Французы, отступая в 1812-м году, хотя и должны бы защищаться отдельно по тактике, жмутся в кучу, потому что дух войска
упал так, что только масса сдерживает войско вместе. Русские, напротив, по тактике должны бы были
нападать массой, на деле же раздробляются, потому что дух поднят так, что отдельные
лица бьют без приказания французов и не нуждаются в принуждении для того, чтобы подвергать себя трудам и опасностям.
— Пе… Петя… Поди, поди, она… она… зовет… — И он, рыдая как дитя, быстро семеня ослабевшими ногами, подошел к стулу и
упал почти на него, закрыв
лицо руками.
Она, слыша это дыхание, видела перед собой его гладкий, красивый лоб, усы, всё
лицо, на которое она так часто подолгу глядела, когда он
спал, в тишине ночи.
Неточные совпадения
— Как, губернатор разбойник? — сказал Чичиков и совершенно не мог понять, как губернатор мог
попасть в разбойники. — Признаюсь, этого я бы никак не подумал, — продолжал он. — Но позвольте, однако же, заметить: поступки его совершенно не такие, напротив, скорее даже мягкости в нем много. — Тут он привел в доказательство даже кошельки, вышитые его собственными руками, и отозвался с похвалою об ласковом выражении
лица его.
Но при всем том трудна была его дорога; он
попал под начальство уже престарелому повытчику, [Повытчик — начальник отдела («выть» — отдел).] который был образ какой-то каменной бесчувственности и непотрясаемости: вечно тот же, неприступный, никогда в жизни не явивший на
лице своем усмешки, не приветствовавший ни разу никого даже запросом о здоровье.
С нашей стороны, если, точно,
падет обвинение за бледность и невзрачность
лиц и характеров, скажем только то, что никогда вначале не видно всего широкого теченья и объема дела.
С раннего утра до позднего вечера, не уставая ни душевными, ни телесными силами, писал он, погрязнув весь в канцелярские бумаги, не ходил домой,
спал в канцелярских комнатах на столах, обедал подчас с сторожами и при всем том умел сохранить опрятность, порядочно одеться, сообщить
лицу приятное выражение и даже что-то благородное в движениях.
— Правда, правда! — отвечала она, — я буду весела. — И с хохотом схватила свой бубен, начала петь, плясать и прыгать около меня; только и это не было продолжительно; она опять
упала на постель и закрыла
лицо руками.