Неточные совпадения
Только некоторые из них шевелятся, поднимаются, вяло летят и садятся на руку
врагу, не в силах
умереть жаля его, — остальные, мертвые, как рыбья чешуя, легко сыплются вниз.
«Да, любовь (думал он опять с совершенною ясностью), но не та любовь, которая любит за что-нибудь, для чего-нибудь, или почему-нибудь, но та любовь, которую я испытал в первый раз, когда
умирая я увидал своего
врага и всё-таки полюбил его.
Кутузов не понимал того, чтó значило Европа, равновесие, Наполеон. Он не мог понимать этого. Представителю русского народа, после того как
враг был уничтожен, Россия освобождена и поставлена на высшую степень своей славы, русскому человеку, как русскому, делать больше было нечего. Представителю народной войны ничего не оставалось, кроме смерти. И он
умер.
Неточные совпадения
«И портрет этот достанется
врагу моего семейства, — подумал Владимир, — он заброшен будет в кладовую вместе с изломанными стульями или повешен в передней, предметом насмешек и замечаний его псарей, а в ее спальной, в комнате, где
умер отец, поселится его приказчик или поместится его гарем.
— Да, правда: он злой, негодный человек,
враг мой был, не любила я его! Чем же кончилось? Приехал новый губернатор, узнал все его плутни и прогнал! Он смотался, спился, своя же крепостная девка завладела им — и пикнуть не смел.
Умер — никто и не пожалел!
Он
умер, окруженный любовью нового поколения, сочувствием всей образованной России, признанием своих
врагов.
Два
врага, обезображенные голодом,
умерли, их съели какие-нибудь ракообразные животные… корабль догнивает — смоленый канат качается себе по мутным волнам в темноте, холод страшный, звери вымирают, история уже
умерла, и место расчищено для новой жизни: наша эпоха зачислится в четвертую формацию, то есть если новый мир дойдет до того, что сумеет считать до четырех.
В два года она лишилась трех старших сыновей. Один
умер блестяще, окруженный признанием
врагов, середь успехов, славы, хотя и не за свое дело сложил голову. Это был молодой генерал, убитый черкесами под Дарго. Лавры не лечат сердца матери… Другим даже не удалось хорошо погибнуть; тяжелая русская жизнь давила их, давила — пока продавила грудь.