«Отчего же? очень может быть, — думал Ростов, — что государь, встретив меня,
даст поручение, как и всякому офицеру: скажет: «Поезжай, узнай, что́ там».
Неточные совпадения
Кутузов, которого он догнал еще в Польше, принял его очень ласково, обещал ему не забывать его, отличал от других адъютантов, брал с собою в Вену и
давал более серьезные
поручения. Из Вены Кутузов писал своему старому товарищу, отцу князя Андрея...
В 12-м году, когда до Букарешта (где два месяца жил Кутузов, проводя дни и ночи у своей Валашки) дошла весть о войне с Наполеоном, князь Андрей попросил у Кутузова перевода в западную армию. Кутузов, которому уже надоел Болконский своею деятельностью, служившею ему упреком в праздности, Кутузов весьма охотно отпустил его и
дал ему
поручение к Барклаю-де-Толли.
По пока Николай перерабатывал в себе эти вопросы и всё-таки не
дал себе ясного отчета в том. чтό так смутило его, колесо счастья по службе, как это часто бывает, повернулось в его пользу. Его выдвинули вперед после Островненского дела,
дали ему батальон гусаров, и, когда нужно было употребить храброго офицера,
давали ему
поручения.
— Нет, нет, cousin, — мы поехали в Париж: мужу
дали поручение, и он представил меня ко двору.
Предвидя пользу и убедившись, что намерение его совершенно серьезное, ему предложили средства доехать до России (он для чего-то непременно хотел умереть в России),
дали поручение, которое он обязался исполнить (и исполнил), и, сверх того, обязали его уже известным вам обещанием кончить с собою лишь тогда, когда ему скажут.
— Вот кстати, — сказал полковник, — я вам
дам поручение принять от поставщика черные кожи для крышек на потники. Вы получите от меня формальное поручение и подорожную по казенной надобности.
Неточные совпадения
— Да где ж тут?.. да как добиться какого-нибудь <толку>? — сказал Чичиков своему сопутнику, чиновнику по особенным
поручениям, которого полковник
дал ему в проводники.
— Посмотрите, я
дала ей самое тонкое, можно сказать,
поручение пригласить эту
даму и ее дочь, понимаете, о ком я говорю?
Притом тетка слышала, как Штольц накануне отъезда говорил Ольге, чтоб она не
давала дремать Обломову, чтоб запрещала спать, мучила бы его, тиранила,
давала ему разные
поручения — словом, распоряжалась им. И ее просил не выпускать Обломова из вида, приглашать почаще к себе, втягивать в прогулки, поездки, всячески шевелить его, если б он не поехал за границу.
Все это отражалось в его существе: в голове у него была сеть ежедневных, ежеминутных соображений, догадок, предвидений, мучений неизвестности, и все от вопросов, увидит или не увидит он ее? Что она скажет и сделает? Как посмотрит, какое
даст ему
поручение, о чем спросит, будет довольна или нет? Все эти соображения сделались насущными вопросами его жизни.
— Recht gut, mein lieber Junge! [Очень хорошо, мой дорогой мальчик! (нем.)] — говорил отец, выслушав отчет, и, трепля его широкой ладонью по плечу,
давал два, три рубля, смотря по важности
поручения.