Неточные совпадения
Молодая княгиня испытывала в то время то
чувство, какое испытывают придворные на царском
выходе, то
чувство страха и почтения, которое возбуждал этот старик во всех приближенных.
Но пройти уже нельзя было назад тою же дорогой: девки Аниски уже не было, и Пьер с
чувством жалости и отвращения, прижимая к себе как можно нежнее страдальчески всхлипывавшую и мокрую девочку, побежал через сад искать другого
выхода.
Николай тотчас же узнал княжну Марью не столько по профилю ее, который виднелся из-под шляпы, сколько по тому
чувству осторожности, страха и жалости, которое тотчас же охватило его. Княжна Марья, очевидно погруженная в свои мысли, делала последние кресты перед
выходом из церкви.
Казалось, все эти люди испытывали теперь, когда остановились посреди поля в холодных сумерках осеннего вечера, одно и то же
чувство неприятного пробуждения от охватившей всех при
выходе поспешности и стремительного куда-то движения. Остановившись, все как будто поняли, что неизвестно еще куда идут и что на этом движении много будет тяжелого и трудного.
Радостное
чувство свободы, — той полной, неотъемлемой, присущей человеку свободы, сознание которой он в первый раз испытал на первом привале, при
выходе из Москвы, наполняло душу Пьера во время его выздоровления.
Неточные совпадения
Заглянешь направо, налево — всюду обступили вас, как рать исполинов, дома, дома и дома, камень и камень, все одно да одно… нет простора и
выхода взгляду: заперты со всех сторон, — кажется, и мысли и
чувства людские также заперты.
19 сентября, графиня Наталья Федоровна проснулась довольно рано, но медлила с туалетом и
выходом и даже приказала подать себе отдельно утренний чай, а затем и завтрак. Ей хотелось побыть одной в это утро, а главное, с каким-то странным
чувством брезгливости она отдаляла встречу с глазу на глаз с мужем и подругой.
— Кататься на рысаках и любить это, — продолжал Вихров, еще более разгорячаясь, — такое простое и свойственное всем
чувство, но циничничать и клеветать на себя есть что-то изломанное, какой-то неправильный
выход затаенного самолюбия.
По приказанию его императорского величества, барон Каульбарс должен был отправиться в Болгарию и объявить всему болгарскому народу
чувство искреннего доброжелательства его величества и дать совет для
выхода из ее затруднительного положения, но, вместе с тем, категорически объявить высочайшую волю, что ни Баттенберг, ни кто-либо из его братьев не должен возвратиться в Болгарию.
Какое я сокровище храню // В груди моей. Ребенком прибежала // Снегурочка в зеленый лес — выходит // Девицею с душой счастливой, полной // Отрадных
чувств и золотых надежд. // Снесу мой клад тропинкой неизвестной; // Одна лишь я по ней бродила, лешим // Протоптана она между болотом // И озером. Никто по ней не ходит, // Лишь лешие, для шутки, горьких пьяниц // Манят по ней, чтоб завести в трясину // Без
выхода.