Неточные совпадения
Князь Андрей зажмурился и отвернулся. Пьер, со времени входа князя Андрея в гостиную не спускавший с него радостных, дружелюбных глаз, подошел к нему и взял его за руку. Князь Андрей, не оглядываясь, сморщил лицо в гримасу, выражавшую досаду на того, кто трогает его за руку, но, увидав улыбающееся лицо Пьера, улыбнулся неожиданно-доброю и приятною
улыбкой.
Мсье Пьер не знал, кому отвечать, оглянул всех и улыбнулся.
Улыбка у него была не такая, как у других людей, сливающаяся с неулыбкой. У него, напротив, когда приходила
улыбка, то вдруг, мгновенно исчезало серьезное и даже несколько угрюмое лицо и являлось другое — детское,
доброе, даже глуповатое и как бы просящее прощения.
Когда она сказала ему это, он ничего не ответил, только наклонился и показал всем еще раз свою
улыбку, которая ничего не говорила, разве только вот что́: «Мнения мнениями, а вы видите, какой я
добрый и славный малый». И все, и Анна Павловна невольно почувствовали это.
Казалось, нельзя было вытягиваться больше того, как вытягивался Тимохин, в то время как полковой командир делал ему замечание. Но в эту минуту обращения к нему главнокомандующего капитан вытянулся так, что, казалось, посмотри на него главнокомандующий еще несколько времени, капитан не выдержал бы; и потому Кутузов, видимо поняв его положение и желая, напротив, всякого
добра капитану, поспешно отвернулся. По пухлому, изуродованному раной лицу Кутузова пробежала чуть заметная
улыбка.
Князь Василий решил, что эту кость, вексель в 30 т., надо было всё-таки бросить бедной княжне с тем, чтоб ей не могло прийти в голову толковать об участии князя Василия в деле мозаикового портфеля. Пьер подписал вексель, и с тех пор княжна стала еще
добрее. Младшие сестры стали также ласковы к нему, в особенности самая младшая, хорошенькая, с родинкой, часто смущала Пьера своими
улыбками и смущением при виде его.
Графиня кончила молитву и с строгим лицом подошла к постели; но, увидав, что Наташа закрыта с головой, улыбнулась своею
доброю, слабою
улыбкою.
Когда после холостого ужина он, с
доброю и сладкою
улыбкой, сдаваясь на просьбы веселой компании, поднимался, чтоб ехать с ними, между молодежью раздавались радостные, торжественные крики. На балах он танцовал, если не доставало кавалера. Молодые дамы и барышни любили его за то, что он, не ухаживая ни за кем, был со всеми одинаково любезен, особенно после ужина. «Il est charmant, il n’a pas de sexe», [Он прелестен, он не имеет пола,] говорили про него.
Твердое, красивое и
доброе лицо Коновницына светилось нежною и хитрою
улыбкой.
— Видите ли? — вдруг сказал он. — Я родственник графу, и он всегда очень добр был ко мне. Так вот, видите ли (он с
доброю и веселою
улыбкой посмотрел на свой плащ и сапоги) и обносился, и денег ничего нет; так я хотел попросить графа…
— Quartire, quartire, logement, — сказал офицер, сверху вниз, с снисходительною и добродушною
улыбкой, глядя на маленького человека. — Les Français sont de bons enfants. Que diable! Voyons! Ne nous fâchons pas, mon vieux, [ — Квартир, квартир. Французы
добрые ребята. Чорт возьми, не будем ссориться, дедушка,] — прибавил он, трепля по плечу испуганного и молчаливого Герасима.
Вся ее внутренняя, недовольная собой работа, ее страдания, стремление к
добру, покорность, любовь, самопожертвование — всё это светилось теперь в этих лучистых глазах, в тонкой
улыбке, в каждой черте ее нежного лица.
Но не это делало ее неузнаваемою: ее нельзя было узнать в первую минуту, как он вошел, потому что на этом лице, в глазах которого прежде всегда светилась затаенная
улыбка радости жизни, теперь, когда он вошел и в первый раз взглянул на нее, не было и тени
улыбки; были одни глаза, внимательные,
добрые, и печально-вопросительные.
«Как в Петербург? Чтò такое Петербург? Кто в Петербурге?» невольно, хотя и про себя спросил он. «Да, что-то такое давно, еще прежде, чем это случилось, я зачем-то собирался в Петербург», вспомнил он. «Отчего же? я и поеду может быть. Какой он
добрый, внимательный, как всё помнит»! подумал он, глядя на старое лицо Савельича. «И какая
улыбка приятная»! подумал он.
Но только Обломов ожил, только появилась у него
добрая улыбка, только он начал смотреть на нее по-прежнему ласково, заглядывать к ней в дверь и шутить — она опять пополнела, опять хозяйство ее пошло живо, бодро, весело, с маленьким оригинальным оттенком: бывало, она движется целый день, как хорошо устроенная машина, стройно, правильно, ходит плавно, говорит ни тихо, ни громко, намелет кофе, наколет сахару, просеет что-нибудь, сядет за шитье, игла у ней ходит мерно, как часовая стрелка; потом она встанет, не суетясь; там остановится на полдороге в кухню, отворит шкаф, вынет что-нибудь, отнесет — все, как машина.
Неточные совпадения
— Да, смуглая такая, точно солдат переряженный, но знаешь, совсем не урод. У нее такое
доброе лицо и глаза. Очень даже. Доказательство — многим нравится. Тихая такая, кроткая, безответная, согласная, на все согласная. А
улыбка у ней даже очень хороша.
Взрослый Илья Ильич хотя после и узнает, что нет медовых и молочных рек, нет
добрых волшебниц, хотя и шутит он с
улыбкой над сказаниями няни, но
улыбка эта не искренняя, она сопровождается тайным вздохом: сказка у него смешалась с жизнью, и он бессознательно грустит подчас, зачем сказка не жизнь, а жизнь не сказка.
— Странно! — заметил он. — Вы злы, а взгляд у вас
добрый. Недаром говорят, что женщинам верить нельзя: они лгут и с умыслом — языком и без умысла — взглядом,
улыбкой, румянцем, даже обмороками…
На лествице, по которой разум человеческий нисходить долженствует во тьму заблуждений, если покажем что-либо смешное и
улыбкою соделаем
добро, блаженны наречемся.
Вместо того чтоб оскорбиться, отрекаться, оправдываться, просить прощения, оставаться даже равнодушным — все было бы лучше того, что он сделал! — его лицо совершенно невольно («рефлексы головного мозга», подумал Степан Аркадьич, который любил физиологию), совершенно невольно вдруг улыбнулось привычною,
доброю и потому глупою
улыбкой.