Всякий пророк — учитель веры,
открывая людям закон бога, всегда встречает между людьми уже то, что эти люди считают законом бога, и не может избежать двоякого употребления слова закон, означающего то, что эти люди считают ложно законом бога ваш закон, и то, что есть истинный, вечный закон бога.
Со дня рождения положение человека таково, что его ждет неизбежная погибель, т. е. бессмысленная жизнь и бессмысленная смерть, если он не найдет этого, чего-то одного, которое нужно для истинной жизни. Это-то одно, дающее истинную жизнь, Христос и
открывает людям. Он не выдумывает это, не обещает дать это по своей божеской власти; он только показывает людям, что вместе с той личной жизнью, которая есть несомненный обман, должно быть то, что есть истина, а не обман.
Неточные совпадения
Но долго я не мог привыкнуть к той странной мысли, что после 1800 лет исповедания Христова закона миллиардами
людей после тысяч
людей, посвятивших свою жизнь на изучение этого закона, теперь мне пришлось, как что-то новое,
открывать закон Христа.
Мне не
открывать пришлось, а мне пришлось делать то самое, что делали и делают все
люди, ищущие бога и закон его: находить то, что есть вечный закон бога, среди всего того, что
люди называют этим именем.
Заповеди мира, данные Христом, простые, ясные, предвидящие все случаи раздора и предотвращающие его,
открывают это царство бога на земле. Стало быть, Христос точно мессия. Он исполнил обещанное. Мы только не исполняем того, чего вечно желали все
люди, — того, о чем мы молились и молимся.
Религия
открывает смысл жизни
людей, а наука прилагает этот смысл к различным сторонам жизни.
Надо думать, говорят неверующие, о том, по каким законам совершает движения бесконечно малая частица материи в бесконечном пространстве в бесконечное время; но о том, чего для его блага требует разум
человека, об этом думать не надо, потому что улучшение состояния
человека произойдет не от него, а от общих законов, которые мы
откроем.
Он предполагает, что все
люди понимают неизбежность погибели личной жизни, и
открывает жизнь не погибающую.
Христос,
открывая свое учение, говорит
людям, что, исполняя его учение даже среди неисполняющих, они не будут от этого несчастливее, чем прежде, но, напротив, будут счастливее, чем те, которые не будут исполнять этого. Христос говорит, что есть верный мирской расчет не заботиться о жизни мира.
Христос
открыл мне, что третий соблазн, губящий мое благо, есть соблазн клятвы. Я не могу не верить в это и потому не могу уже, как я делал это прежде, сам клясться кому-нибудь и в чем-нибудь и не могу уже, как я делал это прежде, оправдывать себя в своей клятве тем, что в этом нет ничего дурного для
людей, что все делают это, что это нужно для государства, что мне или другим будет хуже, если я откажусь от этого требования. Я знаю теперь, что это есть зло для меня и для
людей, и не могу делать его.
Христос
открыл мне, что четвертый соблазн, лишающий меня моего блага, есть противление злу насилием других
людей. Я не могу не верить, что это есть зло для меня и других
людей, и поэтому не могу сознательно делать его и не могу, как я делал это прежде, оправдывать это зло тем, что оно нужно для защиты меня и других
людей, для защиты собственности моей и других
людей; не могу уже при первом напоминании о том, что я делаю насилие, не отказаться от него и не прекратить его.
Христос
открыл людям то, что разделение между своими и чужими народами есть обман и зло. И, познав это, христианин уже не может иметь чувство недоброжелательства к чужим народам, не может оправдывать, как он прежде делал, жестокие поступки против чужих народов тем, что другие народы хуже его народа. Христианин не может не знать того, что разделение его с другими народами есть зло, что разделение — это соблазн, и потому не может уже, как он делал это прежде, сознательно служить этому соблазну.
Тысяча восемьсот лет тому назад христианское учение
открыло людям истину о том, как им должно жить, и вместе с тем предсказало то, чем будет жизнь человеческая, если люди не будут так жить, а будут продолжать жить теми основами, которыми они жили до него, и чем она будет, если они примут христианское учение и будут в жизни исполнять его.
Жизнь человеческая начинается только с проявления разумного сознания, — того самого, которое
открывает человеку одновременно и свою жизнь, и в настоящем и в прошедшем, и жизнь других личностей, и всё, неизбежно вытекающее из отношений этих личностей, страдания и смерть, — то самое, что производит в нем отрицание блага личной жизни и противоречие, которое, ему кажется, останавливает его жизнь.
Неточные совпадения
— Напротив, совсем напротив!.. Доктор, наконец я торжествую: вы меня не понимаете!.. Это меня, впрочем, огорчает, доктор, — продолжал я после минуты молчания, — я никогда сам не
открываю моих тайн, а ужасно люблю, чтоб их отгадывали, потому что таким образом я всегда могу при случае от них отпереться. Однако ж вы мне должны описать маменьку с дочкой. Что они за
люди?
Говорят вон, в Севастополе, сейчас после Альмы, [После поражения русской армии в сражении на реке Альме 8 сентября 1854 г. во время Крымской войны (1853–1856).] умные-то
люди уж как боялись, что вот-вот атакует неприятель открытою силой и сразу возьмет Севастополь; а как увидели, что неприятель правильную осаду предпочел и первую параллель
открывает, так куды, говорят, обрадовались и успокоились умные-то люди-с: по крайности на два месяца, значит, дело затянулось, потому когда-то правильной-то осадой возьмут!
На бале, помните,
открыли мы вдвоем // За ширмами, в одной из комнат посекретней, // Был спрятан
человек и щелкал соловьем, // Певец зимой погоды летней.
— // Вот случай вам со мною, он не новый; // Москва и Петербург — во всей России то, // Что
человек из города Бордо, // Лишь рот
открыл, имеет счастье // Во всех княжон вселять участье;
Он был верующий
человек, интересовавшийся религией преимущественно в политическом смысле, а новое учение, позволявшее себе некоторые новые толкования, потому именно, что оно
открывало двери спору и анализу, по принципу было неприятно ему.