Но пришло время и свет
истинного учения Христа, которое было в Евангелиях, несмотря на то, что церковь, чувствуя свою неправду, старалась скрывать его (запрещая переводы Библии), — пришло время, и свет этот через так называемых сектантов, даже через вольнодумцев мира проник в народ, и неверность учения церкви стала очевидна людям, и они стали изменять свою прежнюю, оправданную церковью жизнь на основании этого помимо церкви дошедшего до них учения Христа.
Неточные совпадения
По христианству же нашего общества и времени признается
истинной и священной наша жизнь с ее устройством тюрем одиночного заключения, альказаров, фабрик, журналов, барделей и парламентов, и из
учения Христа берется только то, что не нарушает этой жизни.
То, что по этому
учению называется
истинною жизнью, есть жизнь личная, блаженная, безгрешная и вечная, т. е. такая, какую никто никогда не знал и которой нет. Жизнь же та, которая есть, которую мы одну знаем, которою мы живем и которою жило и живет всё человечество, есть по этому
учению жизнь падшая, дурная, есть только образчик той хорошей жизни, которая нам следует.
Следование разуму для достижения блага — в этом было всегда
учение всех
истинных учителей человечества, и в этом всё
учение Христа, и его-то, т. е. разум, отрицать разумом уже никак нельзя.
Вот на этом-то понятии о жизни и основывает Христос свое
учение о жизни
истинной или вечной, которую он противуполагает жизни личной и смертной. «Исследуйте писания», говорит Христос евреям (Иоан. V, 39), «ибо вы через них думаете иметь жизнь вечную».
Но положим, что слова Христа о страшном суде и совершении века и другие слова из Евангелия Иоанна имеют значение обещания загробной жизни для душ умерших людей, все-таки несомненно и то, что
учение его о свете жизни, о царстве бога имеет и то доступное его слушателям и нам теперь значение, что жизнь
истинная есть только жизнь сына человеческого по воле отца. Это тем легче допустить, что
учение о жизни
истинной по воле отца жизни включает в себя понятие о бессмертии и жизни за гробом.
Христос на требование учеников, показавшее ему всё непонимание ими его
учения, не приказывает им верить, т. е. изменить ту оценку благ и зол жизни, которая вытекает из его
учения (он знает, что это невозможно), а разъясняет им тот смысл жизни, на котором зиждется вера, т. е.
истинная оценка того, что хорошо и дурно, важно и неважно.
Христос учит истине, и если истина отвлеченная есть истина, то она будет истиною и в действительности. Если жизнь в боге есть единая жизнь
истинная, блаженная сама в себе, то она истинна, блаженна здесь, на земле, при всех возможных случайностях жизни. Если бы жизнь здесь не подтверждала
учения Христа о жизни, то это
учение было бы не истинно.
Верующий католик, протестант, православный на вопрос: зачем он живет так, как он живет, т. е. противно тому
учению Христа бога, которое он исповедует? всегда вместо прямого ответа начинает говорить о плачевном состоянии безверия нынешнего поколения, о злых людях, производящих безверие, и о значении и будущности
истинной церкви.
Сила
учения Христа не в его объяснении смысла жизни, а в том, что вытекает из него — в
учении о жизни. Метафизическое
учение Христа не новое. Это всё одно и то же
учение человечества, которое написано в сердцах людей и которое проповедовали все
истинные мудрецы мира. Но сила
учения Христа — в приложении этого метафизического
учения к жизни.
Учение любви, не допускающее насилия, не потому только важно, что человеку хорошо для себя, для своей души, терпеть зло и делать добро за зло, но еще и потому, что только одно добро прекращает зло, тушит его, не позволяет ему идти дальше.
Истинное учение любви тем и сильно, что оно тушит зло, не давая ему разгораться.
А патер все страстнее и страстнее говорил о католической религии, о папе, о тех утешениях и радостях, которые дает католичество, и как бы мимоходом делал неодобрительные отзывы о «схизме», сетуя, что схизматики, разумея под ними православных, не просветлены
истинным учением.
В самом деле, что такое ересь? Перечитайте все богословские сочинения, трактующие о ересях, о том предмете, который первый представляется для определения, так как каждое богословие говорит об
истинном учении среди окружающих его ложных, т. е. ересей, и нигде не найдете даже подобия какого-нибудь определения ереси.
Неточные совпадения
Человеческая жизнь — сновидение, говорят философы-спиритуалисты, [Спиритуали́зм — реакционное идеалистическое
учение, признающее
истинной реальностью дух, а не материю.] и если б они были вполне логичны, то прибавили бы: и история — тоже сновидение.
Для выяснения взглядов Я. Беме надо иметь в виду его
учение о «Деве Софии», которое осталось определяющим и для Дж. Пордэджа [Божественная и
истинная метафизика, стр.119–124.].
Вообще виды «откровения», как и предметы его, могут быть различны: и природные, и божественные, и демонические (так наз. у отцов церковных «прелесть»); оно может исходить из разных миров и иерархий, и само по себе «откровение» с выражающим его мифом, понимаемое в смысле формально-гносеологическом, может иметь различное содержание: и доброе и злое, и
истинное и обманное (ибо ведь и сатана принимает вид ангела света), поэтому сам по себе «откровенный» или мистический характер данного
учения говорит только об интуитивном способе его получения, но ничего еще не говорит об его качестве.
Я верю в истину и справедливость этого
учения и торжественно признаю, что вера без дел мертва есть и что всякий
истинный христианин должен бороться за правду, за право угнетенных и слабых и, если нужно, то за них пострадать: такова моя вера» [См.: А. Воронский. «Желябов».
Ученье хлыстов — смесь разных
учений, и древних и новых, противных
учению и преданиям
истинной веры.