Неточные совпадения
То, что почти целый год для Вронского составляло исключительно одно желанье его жизни, заменившее ему все прежние желания; то, что для Анны было невозможною, ужасною и тем более обворожительною мечтою счастия, — это желание было удовлетворено. Бледный, с дрожащею нижнею
челюстью, он стоял над нею и умолял успокоиться, сам не зная, в чем и чем.
— Он зевнул одними
челюстями, не раскрывая рта.
Нахмуренное лицо Алексея Вронского побледнело, и выдающаяся нижняя
челюсть его дрогнула, что с ним бывало редко. Он, как человек с очень добрым сердцем, сердился редко, но когда сердился и когда у него дрожал подбородок, то, как это и знал Александр Вронский, он был опасен. Александр Вронский весело улыбнулся.
С изуродованным страстью лицом, бледный и с трясущеюся нижнею
челюстью, Вронский ударил ее каблуком в живот и опять стал тянуть за поводья.
После страшной боли и ощущения чего-то огромного, больше самой головы, вытягиваемого из
челюсти, больной вдруг, не веря еще своему счастию, чувствует, что не существует более того, что так долго отравляло его жизнь, приковывало к себе всё внимание, и что он опять может жить, думать и интересоваться не одним своим зубом.
Но он видел это по лицу Лизаветы Петровны: лицо Лизаветы Петровны было строго и бледно и всё так же решительно, хотя
челюсти ее немного подрагивали, и глаза ее были пристально устремлены на Кити.
— Я прошу, — вдруг вставая на ноги, бледный и с трясущеюся
челюстью, пискливым голосом заговорил Алексей Александрович, — прошу вас прекратить, прекратить…. этот разговор.
Отчего он Беззубов?» Вдруг Степан Аркадьич почувствовал, что нижняя
челюсть его неудержимо начинает заворачиваться на зевок.
Неточные совпадения
И се чудовище ужасно, // Как гидра, сто имея глав, // Умильно и в слезах всечасно, // Но полны
челюсти отрав, // Земные власти попирает, // Главою неба досязает. // «Его отчизна там», — гласит; // Призраки, тьму повсюду сеет, // Обманывать и льстить умеет // И слепо верить всем велит.
Тако сила, кичася своими мышцами, осмеяна была и не ужасна; тако свирепства пенящиеся
челюсти праздны оставалися, и слово твердое ускользало от них непоглощенно.
Хлестаков. Черт его знает, что такое, только не жаркое. Это топор, зажаренный вместо говядины. (Ест.)Мошенники, канальи, чем они кормят! И
челюсти заболят, если съешь один такой кусок. (Ковыряет пальцем в зубах.)Подлецы! Совершенно как деревянная кора, ничем вытащить нельзя; и зубы почернеют после этих блюд. Мошенники! (Вытирает рот салфеткой.)Больше ничего нет?
Говоря медленно, тягуче, он поглаживал левую сторону шеи и как будто подталкивал
челюсть вверх, взгляд мутных глаз его искал чего-то вокруг Самгина, как будто не видя его.
У него совершенно неестественно заострились скулы, он двигал
челюстью, как бы скрипя зубами, и вертел головою, присматриваясь к суете встревоженных людей. Люди становились все тише, говорили ворчливее, вечер делал их тусклыми.