Неточные совпадения
— Он при мне звал ее
на мазурку, —
сказала Нордстон, зная, что Кити поймет,
кто он и она. — Она
сказала: разве вы не танцуете с княжной Щербацкой?
— А, ты так? —
сказал он. — Ну, входи, садись. Хочешь ужинать? Маша, три порции принеси. Нет, постой. Ты знаешь,
кто это? — обратился он к брату, указывая
на господина в поддевке, — это господин Крицкий, мой друг еще из Киева, очень замечательный человек. Его, разумеется, преследует полиция, потому что он не подлец.
— В
кого же дурной быть? А Семен рядчик
на другой день вашего отъезда пришел. Надо будет порядиться с ним, Константин Дмитрич, —
сказал приказчик. — Я вам прежде докладывал про машину.
— Да, как видишь, нежный муж, нежный, как
на другой год женитьбы, сгорал желанием увидеть тебя, —
сказал он своим медлительным тонким голосом и тем тоном, который он всегда почти употреблял с ней, тоном насмешки над тем,
кто бы в самом деле так говорил.
— Ах, не слушал бы! — мрачно проговорил князь, вставая с кресла и как бы желая уйти, но останавливаясь в дверях. — Законы есть, матушка, и если ты уж вызвала меня
на это, то я тебе
скажу,
кто виноват во всем: ты и ты, одна ты. Законы против таких молодчиков всегда были и есть! Да-с, если бы не было того, чего не должно было быть, я — старик, но я бы поставил его
на барьер, этого франта. Да, а теперь и лечите, возите к себе этих шарлатанов.
— Да, я теперь всё поняла, — продолжала Дарья Александровна. — Вы этого не можете понять; вам, мужчинам, свободным и выбирающим, всегда ясно,
кого вы любите. Но девушка в положении ожидания, с этим женским, девичьим стыдом, девушка, которая видит вас, мужчин, издалека, принимает всё
на слово, — у девушки бывает и может быть такое чувство, что она не знает, что
сказать.
—
Кто это идет? —
сказал вдруг Вронский, указывая
на шедших навстречу двух дам. — Может быть, знают нас, — и он поспешно направился, увлекая ее за собою,
на боковую дорожку.
— Я несогласен, что нужно и можно поднять еще выше уровень хозяйства, —
сказал Левин. — Я занимаюсь этим, и у меня есть средства, а я ничего не мог сделать. Банки не знаю
кому полезны. Я, по крайней мере,
на что ни затрачивал деньги в хозяйстве, всё с убытком: скотина — убыток, машина — убыток.
— Какое же вы можете иметь сомнение о Творце, когда вы воззрите
на творения Его? — продолжал священник быстрым, привычным говором. —
Кто же украсил светилами свод небесный?
Кто облек землю в красоту ее? Как же без Творца? —
сказал он, вопросительно взглянув
на Левина.
С рукой мертвеца в своей руке он сидел полчаса, час, еще час. Он теперь уже вовсе не думал о смерти. Он думал о том, что делает Кити,
кто живет в соседнем нумере, свой ли дом у доктора. Ему захотелось есть и спать. Он осторожно выпростал руку и ощупал ноги. Ноги были холодны, но больной дышал. Левин опять
на цыпочках хотел выйти, но больной опять зашевелился и
сказал...
«Да, вот он!»
сказала она, взглянув
на карточку Вронского, и вдруг вспомнила,
кто был причиной ее теперешнего горя.
— Ах, какая ночь! —
сказал Весловский, глядя
на видневшиеся при слабом свете зари в большой раме отворенных теперь ворот край избы и отпряженных катков. — Да слушайте, это женские голоса поют и, право, недурно. Это
кто поет, хозяин?
— То есть я в общих чертах могу представить себе эту перемену. Мы всегда были дружны, и теперь… — отвечая нежным взглядом
на взгляд графини,
сказал Степан Аркадьич, соображая, с которым из двух министров она ближе, чтобы знать, о
ком из двух придется просить ее.
— Что ж, там нужны люди, —
сказал он, смеясь глазами. И они заговорили о последней военной новости, и оба друг перед другом скрыли свое недоумение о том, с
кем назавтра ожидается сражение, когда Турки, по последнему известию, разбиты
на всех пунктах. И так, оба не высказав своего мнения, они разошлись.
Неточные совпадения
«Ужели, — думает Евгений, — // Ужель она? Но точно… Нет… // Как! из глуши степных селений…» // И неотвязчивый лорнет // Он обращает поминутно //
На ту, чей вид напомнил смутно // Ему забытые черты. // «
Скажи мне, князь, не знаешь ты, //
Кто там в малиновом берете // С послом испанским говорит?» // Князь
на Онегина глядит. // «Ага! давно ж ты не был в свете. // Постой, тебя представлю я». — // «Да
кто ж она?» — «Жена моя».
—
Кто, Михеев умер? —
сказал Собакевич, ничуть не смешавшись. — Это его брат умер, а он преживехонький и стал здоровее прежнего.
На днях такую бричку наладил, что и в Москве не сделать. Ему, по-настоящему, только
на одного государя и работать.
— Ваше сиятельство, —
сказал Муразов, —
кто бы ни был человек, которого вы называете мерзавцем, но ведь он человек. Как же не защищать человека, когда знаешь, что он половину зол делает от грубости и неведенья? Ведь мы делаем несправедливости
на всяком шагу и всякую минуту бываем причиной несчастья другого, даже и не с дурным намереньем. Ведь ваше сиятельство сделали также большую несправедливость.
На четвертое место явилась очень скоро, трудно
сказать утвердительно,
кто такая, дама или девица, родственница, домоводка или просто проживающая в доме: что-то без чепца, около тридцати лет, в пестром платке.
Улинька опустилась в кресла и закрыла рукой прекрасные глаза; как бы досадуя
на то, что не с
кем было поделиться негодованием,
сказала она: