Неточные совпадения
Он не мог теперь раскаиваться
в том, что он, тридцати-четырехлетний, красивый, влюбчивый человек, не
был влюблен
в жену, мать пяти
живых и двух умерших детей, бывшую только годом моложе его.
Он думал об одном, что сейчас увидит ее не
в одном воображении, но
живую, всю, какая она
есть в действительности.
— Самолюбия, — сказал Левин, задетый за
живое словами брата, — я не понимаю. Когда бы
в университете мне сказали, что другие понимают интегральное вычисление, а я не понимаю, тут самолюбие. Но тут надо
быть убежденным прежде, что нужно иметь известные способности для этих дел и, главное,
в том, что все эти дела важны очень.
Первое время деревенской жизни
было для Долли очень трудное. Она
живала в деревне
в детстве, и у ней осталось впечатление, что деревня
есть спасенье от всех городских неприятностей, что жизнь там хотя и не красива (с этим Долли легко мирилась), зато дешева и удобна: всё
есть, всё дешево, всё можно достать, и детям хорошо. Но теперь, хозяйкой приехав
в деревню, она увидела, что это всё совсем не так, как она думала.
Стремов, тоже член комиссии и тоже задетый за
живое, стал оправдываться, — и вообще произошло бурное заседание; но Алексей Александрович восторжествовал, и его предложение
было принято;
были назначены три новые комиссии, и на другой день
в известном петербургском кругу только и
было речи, что об этом заседании.
Алексей Александрович решил, что поедет
в Петербург и увидит жену. Если ее болезнь
есть обман, то он промолчит и уедет. Если она действительно больна при смерти и желает его видеть пред смертью, то он простит ее, если застанет
в живых, и отдаст последний долг, если приедет слишком поздно.
«Не может
быть, чтоб это страшное тело
был брат Николай», подумал Левин. Но он подошел ближе, увидал лицо, и сомнение уже стало невозможно. Несмотря на страшное изменение лица, Левину стòило взглянуть
в эти
живые поднявшиеся на входившего глаза, заметить легкое движение рта под слипшимися усами, чтобы понять ту страшную истину, что это мертвое тело
было живой брат.
Прежде он помнил имена, но теперь забыл совсем,
в особенности потому, что Енох
был любимое его лицо изо всего Ветхого Завета, и ко взятию Еноха
живым на небо
в голове его привязывался целый длинный ход мысли, которому он и предался теперь, остановившимися глазами глядя на цепочку часов отца и до половины застегнутую пуговицу жилета.
Разговор между обедавшими, за исключением погруженных
в мрачное молчание доктора, архитектора и управляющего, не умолкал, где скользя, где цепляясь и задевая кого-нибудь за
живое. Один раз Дарья Александровна
была задета за
живое и так разгорячилась, что даже покраснела, и потом уже вспомнила, не сказано ли ею чего-нибудь лишнего и неприятного. Свияжский заговорил о Левине, рассказывая его странные суждения о том, что машины только вредны
в русском хозяйстве.
Она
была менее блестяща
в действительности, но зато
в живой было и что-то такое новое привлекательное, чего не
было на портрете.
— Да, но ты согласись, что открывается новое, несомненно полезное учреждение. Как хочешь,
живое дело! Дорожат
в особенности тем, чтобы дело ведено
было честно, — сказал Степан Аркадьич с ударением.
Степан Аркадьич покраснел при упоминании о Болгаринове, потому что он
в этот же день утром
был у Еврея Болгаринова, и визит этот оставил
в нем неприятное воспоминание. Степан Аркадьич твердо знал, что дело, которому он хотел служить,
было новое,
живое и честное дело; но нынче утром, когда Болгаринов, очевидно, нарочно заставил его два часа дожидаться с другими просителями
в приемной, ему вдруг стало неловко.
Наступаю на него и узнаю штуку: каким-то он образом сошелся с лакеем покойного отца вашего (который тогда еще
был в живых) Смердяковым, а тот и научи его, дурачка, глупой шутке, то есть зверской шутке, подлой шутке — взять кусок хлеба, мякишу, воткнуть в него булавку и бросить какой-нибудь дворовой собаке, из таких, которые с голодухи кусок, не жуя, глотают, и посмотреть, что из этого выйдет.
Неточные совпадения
И что ж? Глаза его читали, // Но мысли
были далеко; // Мечты, желания, печали // Теснились
в душу глубоко. // Он меж печатными строками // Читал духовными глазами // Другие строки.
В них-то он //
Был совершенно углублен. // То
были тайные преданья // Сердечной, темной старины, // Ни с чем не связанные сны, // Угрозы, толки, предсказанья, // Иль длинной сказки вздор
живой, // Иль письма девы молодой.
Не мадригалы Ленский пишет //
В альбоме Ольги молодой; // Его перо любовью дышит, // Не хладно блещет остротой; // Что ни заметит, ни услышит // Об Ольге, он про то и пишет: // И полны истины
живой // Текут элегии рекой. // Так ты, Языков вдохновенный, //
В порывах сердца своего, //
Поешь бог ведает кого, // И свод элегий драгоценный // Представит некогда тебе // Всю повесть о твоей судьбе.
Теперь с каким она вниманьем // Читает сладостный роман, // С каким
живым очарованьем //
Пьет обольстительный обман! // Счастливой силою мечтанья // Одушевленные созданья, // Любовник Юлии Вольмар, // Малек-Адель и де Линар, // И Вертер, мученик мятежный, // И бесподобный Грандисон, // Который нам наводит сон, — // Все для мечтательницы нежной //
В единый образ облеклись, //
В одном Онегине слились.
Кто б ни
был ты, о мой читатель, // Друг, недруг, я хочу с тобой // Расстаться нынче как приятель. // Прости. Чего бы ты за мной // Здесь ни искал
в строфах небрежных, // Воспоминаний ли мятежных, // Отдохновенья ль от трудов, //
Живых картин, иль острых слов, // Иль грамматических ошибок, // Дай Бог, чтоб
в этой книжке ты // Для развлеченья, для мечты, // Для сердца, для журнальных сшибок // Хотя крупицу мог найти. // За сим расстанемся, прости!
Я
был рожден для жизни мирной, // Для деревенской тишины: //
В глуши звучнее голос лирный, //
Живее творческие сны. // Досугам посвятясь невинным, // Брожу над озером пустынным, // И far niente мой закон. // Я каждым утром пробужден // Для сладкой неги и свободы: // Читаю мало, долго сплю, // Летучей славы не ловлю. // Не так ли я
в былые годы // Провел
в бездействии,
в тени // Мои счастливейшие дни?