Неточные совпадения
Левин замолчал. Опять противопоставлялась эта сила. Он знал, что, сколько они ни пытались, они не могли нанять больше сорока, тридцати семи, тридцати восьми рабочих
за настоящую цену; сорок нанимались, а больше нет. Но всё-таки он не мог не
бороться.
Сморщенное лицо Алексея Александровича приняло страдальческое выражение; он взял ее
за руку и хотел что-то сказать, но никак не мог выговорить; нижняя губа его дрожала, но он всё еще
боролся с своим волнением и только изредка взглядывал на нее. И каждый раз, как он взглядывал, он видел глаза ее, которые смотрели на него с такою умиленною и восторженною нежностью, какой он никогда не видал в них.
Она услыхала порывистый звонок Вронского и поспешно утерла эти слезы, и не только утерла слезы, но села к лампе и развернула книгу, притворившись спокойною. Надо было показать ему, что она недовольна тем, что он не вернулся, как обещал, только недовольна, но никак не показывать ему своего горя и, главное, жалости о себе. Ей можно было жалеть о себе, но не ему о ней. Она не хотела борьбы, упрекала его
за то, что он хотел
бороться, но невольно сама становилась в положение борьбы.
Дети с испуганным и радостным визгом бежали впереди. Дарья Александровна, с трудом
борясь с своими облепившими ее ноги юбками, уже не шла, а бежала, не спуская с глаз детей. Мужчины, придерживая шляпы, шли большими шагами. Они были уже у самого крыльца, как большая капля ударилась и разбилась о край железного жолоба. Дети и
за ними большие с веселым говором вбежали под защиту крыши.
Нагибая вперед голову и
борясь с ветром, который вырывал у него платки, Левин уже подбегал к Колку и уже видел что-то белеющееся
за дубом, как вдруг всё вспыхнуло, загорелась вся земля, и как будто над головой треснул свод небес.
Можно допустить, что Сам Бог предоставляет своим Народам свободу в постановке динамических исторических задач и в их выполнении, не насилует их, когда они
борются за творчество более высоких ценностей.
Понять это не трудно: ведь неоплатоники
боролись за безнадежное дело, — религия язычества уже была сокрушена крестом, и попытки ее спасти, как бы они ни были философски гениальны, все же являлись порождением духовной реакции и обречены были на неудачу.
Народность, как знамя, как боевой крик, только тогда окружается революционной ореолой, когда народ
борется за независимость, когда свергает иноземное иго.
Но когда я веду борьбу против насилия над свободой духа, когда
борюсь за попираемую ценность, то я бываю страшно нетерпим на этой почве и порываю с людьми, с которыми у меня были дружеские связи.
Неточные совпадения
— Не бойся, — сказал он, — ты, кажется, не располагаешь состареться никогда! Нет, это не то… в старости силы падают и перестают
бороться с жизнью. Нет, твоя грусть, томление — если это только то, что я думаю, — скорее признак силы… Поиски живого, раздраженного ума порываются иногда
за житейские грани, не находят, конечно, ответов, и является грусть… временное недовольство жизнью… Это грусть души, вопрошающей жизнь о ее тайне… Может быть, и с тобой то же… Если это так — это не глупости.
В отличность знак изобретенный // Ты начал наглости дарить; // В злодея меч мой изощренный // Ты стал невинности сулить. // Сгружденные полки в защиту // На брань ведешь ли знамениту //
За человечество карать? // В кровавых
борешься долинах, // Дабы, упившися в Афинах: // „Ирой!“ — зевав, могли сказать.
Базарову становилось хуже с каждым часом; болезнь приняла быстрый ход, что обыкновенно случается при хирургических отравах. Он еще не потерял памяти и понимал, что ему говорили; он еще
боролся. «Не хочу бредить, — шептал он, сжимая кулаки, — что
за вздор!» И тут же говорил:
Картина была чудесная: около огней дрожало и как будто замирало, упираясь в темноту, круглое красноватое отражение; пламя, вспыхивая, изредка забрасывало
за черту того круга быстрые отблески; тонкий язык света лизнет голые сучья лозника и разом исчезнет; острые, длинные тени, врываясь на мгновенье, в свою очередь добегали до самых огоньков: мрак
боролся со светом.
Тоже и духоборы: будто бы
за дух,
за свободу его
борются, а поехали туда, где лучше.