Тиха Была его и благостна кончина. Он никому не позабыл сказать Прощальное, приветливое слово; Когда ж своей царицы скорбь увидел, «Аринушка, — сказал он, — ты не плачь, Меня Господь простит, что государить Я не умел!» И, руку взяв ее, Держал в своей и, кротко улыбаясь, Так погрузился словно в тихий сон — И отошел. И на его лице Улыбка та последняя осталась.