по произведению «Слепой («Князь выехал рано средь гридней своих...»)» (Толстой А. К., 1873) искать по всей классике
Область поиска
«Слепой («Князь выехал рано средь гридней своих...»)» (Толстой А. К., 1873) по всей классике
Ловцы отдохнули, братины допив, Сидеть им без дела не любо, Поехали дале, про песню забыв, — Гусляр между тем на княжой на призыв Бредёт ко знакомому дубу.
Гей вы, ребята удалые, Гусляры молодые, Голоса заливные! Красно начинали — красно и кончайте, Каждому правдою и честью воздайте. Тароватому боярину слава! И красавице-боярыне слава! И всему народу христианскому слава!
Царь Берендей сидит на золотом стуле, расписывает красками один из столбов, у ног царя сидят на полу два скомороха; несколько поодаль — слепые гусляры с гуслями, на переходах и у дверей стоят царские отроки.
Когда он издавал свой журнал «Гусляр», то А.П. Полонскому и А.Н. Майкову он платил по 100 рублей за стихотворение, крупно также платил известному тогда поэту Л.Н. Граве, переводчику Леопарди.
Кажись бы, не ради скоморохов люди ездят сюда, а ради доброго торга, а тут тебе и волынщики, и гудочники, и гусляры, и свирельщики, и всякий другой неподобный клич…
Перед выездом на охоту и после неё здесь устраивались пышные пиры, звучали песни гусляров, нередко сам царь подносил кому-нибудь кубок с вином, часто отравленным.
ГУСЛЯ́Р, -а и -а́, мн.гусляры́, м. Музыкант, играющий на гуслях; певец, аккомпанирующий себе на гуслях. Мы бедные калики, Мы старцы-гусляры, Но петь не горемыки, Где только есть пиры! А. К. Толстой, Сватовство. (Малый академический словарь, МАС)
ГУСЛЯ́Р, -а и -а́, мн.гусляры́, м. Музыкант, играющий на гуслях; певец, аккомпанирующий себе на гуслях. Мы бедные калики, Мы старцы-гусляры, Но петь не горемыки, Где только есть пиры! А. К. Толстой, Сватовство.
Перед выездом на охоту и после неё здесь устраивались пышные пиры, звучали песни гусляров, нередко сам царь подносил кому-нибудь кубок с вином, часто отравленным.
Старый гусляр сперва приподнял мохнатые брови над жёлтыми глазами, а потом весело прищурился – морщины шустро разбежались по медно-красному лицу.
– Вот твоего имени я, прости, не припомню, – длинные пальцы гусляра коснулись лба под красным колпаком.