Неточные совпадения
Воротились мы в домы и долго
ждали, не передумает ли
царь, не вернется ли? Проходит неделя, получает высокопреосвященный грамоту; пишет государь, что я-де от великой жалости сердца, не хотя ваших изменных дел терпеть, оставляю мои государства и еду-де куда бог укажет путь мне! Как пронеслася эта весть, зачался вопль на Москве: «Бросил нас батюшка-царь! Кто теперь будет над нами государить!»
— Эх, куманек! Много слышится, мало сказывается. Ступай теперь путем-дорогой мимо этой сосны. Ступай все прямо; много тебе будет поворотов и вправо и влево, а ты все прямо ступай; верст пять проедешь, будет в стороне избушка, в той избушке нет живой души.
Подожди там до ночи, придут добрые люди, от них больше узнаешь. А обратным путем заезжай сюда, будет тебе работа; залетела жар-птица в западню; отвезешь ее к
царю Далмату, а выручку пополам!
— Слушайте, человеки, — сказал
царь, — ступайте в Слободу, прямо во дворец, там
ждите моего приезда, царь-де вас прислал. Да чтоб вас накормили и напоили, а приеду домой, послушаю ваших сказок!
— Что ж, — сказал
царь, как бы немного подумав, — просьба твоя дельная. Ответчик должен ведать, что говорит истец. Позвать Вяземского. А вы, — продолжал он, обращаясь к знакомцам, отошедшим на почтительное расстояние, — подымите своего боярина, посадите его на скамью; пусть
подождет ответчика!
Неточные совпадения
Опускаясь на колени, он чувствовал, что способен так же бесстыдно зарыдать, как рыдал рядом с ним седоголовый человек в темно-синем пальто. Необыкновенно трогательными казались ему
царь и царица там, на балконе. Он вдруг ощутил уверенность, что этот маленький человечек, насыщенный, заряженный восторгом людей, сейчас скажет им какие-то исторические, примиряющие всех со всеми, чудесные слова. Не один он
ждал этого; вокруг бормотали, покрикивали:
— Значит,
царь сам править не умеет, а другим — не дает? Чего же нам
ждать?
Сокол поймал зайца.
Царь отнял зайца и стал искать воды, где бы напиться. В бугре
царь нашел воду. Только она по капле капала. Вот
царь достал чашу с седла и подставил под воду. Вода текла по капле, и когда чаша набралась полная,
царь поднял ее ко рту и хотел пить. Вдруг сокол встрепенулся на руке у
царя, забил крыльями и выплеснул воду.
Царь опять подставил чашу. Он долго
ждал, пока она наберется вровень с краями, и опять, когда он стал подносить ее ко рту, сокол затрепыхался и разлил воду.
Утром они тайком оставляют дом, идут в Кремль, пробиваются вперед и
ждут «венчанного и превознесенного»
царя.
Его мантия, застегнутая на груди, не столько военный плащ, сколько риза воина-первосвященника, prophetare. [пророка-царя (лат.).] Когда он поднимает руку, от него
ждут благословения и привета, а не военного приказа.