Два раза Мы с ним сходились. Первый раз он шпагу Из рук мне вышиб и хотел мириться. Второй, лишь только мы скрестили шпаги, Он выпал и насквозь мне проколол Плечо. Нас разлучили.
Вы с ним дрались! Он вышиб вашу шпагу! Он ранил вас! И думаете вы, Что долг вы свой исполнили, что можно Вам о любви теперь мне говорить! Да разве все вы совершили? Разве К нему законы чести применимы? Дрались вы разве с человеком? Как? Когда б с цепей сорвался хищный зверь И в бешенстве весь край опустошал бы, Ему бы также вызов вы послали?
Скотинин. Смотри ж, не отпирайся, чтоб я в сердцах с одного разу не вышиб из тебя духу. Тут уж руки не подставишь. Мой грех. Виноват Богу и государю. Смотри, не клепли ж и на себя, чтоб напрасных побой не принять.
К Крестьянину вползла Змея И говорит: «Сосед! начнём жить дружно! Теперь меня тебе стеречься уж не нужно; Ты видишь, что совсем другая стала я И кожу нынешней весной переменила». Однако ж Мужика Змея не убедила. Мужик схватил обух И говорит: «Хоть ты и в новой коже, Да сердце у тебя всё то же». И вышиб из соседки дух.
Директор пинком ноги вышиб у неё из рук поднос с коньяком и закуской – сказочными яствами в пору, когда все голодали и трупы умерших от голода лежали на улицах.
А вот сейчас, когда из него буквально вышибли дух, он выглядит обычным парнем.
Директор пинком ноги вышиб у неё из рук поднос с коньяком и закуской – сказочными яствами в пору, когда все голодали и трупы умерших от голода лежали на улицах.
И что он сделает, в дверь позвонит? Или просто вышибет её пинком?