— Смутная мысль в голову полезет. А человеку, который ежели заскучит: первое дело работа. Ан — скука-то и пройдет. И опять же надо подумать и то: мне нудно, а другим, может, еще нуднее, а ведь терпят…
То-то и есть, милый баринок, — убежденно прибавил матрос и опять улыбнулся.
—
То-то и есть… Ну и драли же его таки довольно часто, драли, можно сказать, до бесчувствия… Жалели хорошего матроса судить судом и в арестантские роты отдавать и, значит, полагали выбить из него всю его дурь жестоким боем, братцы… Случалось, линьков по триста ему закатывали, замертво в лазарет выносили с изрытой спиной… Каких только мучениев не принимал… Жалеешь и только диву даешься, как это человек выносит…
—
То-то и есть. Отлежится в лазарете и опять за свои дела… да еще куражится: меня, говорит, никакой бой не возьмет… Я, говорит, им покажу, каков я есть! Это он про капитана да про старшего офицера… Хорошо. А старшим офицером у нас в те поры был капитан-лейтенант Барабанов — может, слыхал, Аксютин?
—
То-то и есть! Так как же вы хотите, чтобы я вам ответил, как, с позволения сказать, какой-нибудь оболтус, для вашего утешения: придем, мол, в Кронштадт в такой-то день, в таком-то часу-с?.. Еще если бы у вас сильная машина была да вы могли бы брать запас угля на большие переходы, ну тогда еще можно было бы примерно рассчитать-с, а ведь мы не под парами главным образом ходим, а под парусами-с.
Неточные совпадения
—
То-то учивали
и людей истязали, братец ты мой. Разве это по-божески? Разве от этого самого наш брат матрос не терпел
и не приходил в отчаянность?.. А, по-моему, ежели с матросом по-хорошему, так ты из него хоть веревки вей…
И был, братцы мои, на фрегате «Святый Егорий» такой случай, как одного самого отчаянного, можно сказать, матроса сделали человеком от доброго слова… При мне дело
было…
—
То-то оно
и есть…
И доброе слово в душу вошло… Небось, оно, доброе-то слово, скорее войдет, чем дурное.
—
То-то оно
и есть! — подтвердил Митрич
и после минуты молчания прибавил, обращаясь ко всем: — давечь, в ночь, как рифы брали, боцман хотел
было искровянить одного матроса… Уже раз звезданул… А около ардимарин случись… Не моги, говорит, Федотов, забижать матроса, потому, говорит, такой приказ капитанский вышел, чтобы рукам воли не давать.
То-то оно
и есть, баринок! — добродушно спокойно заключил Бастрюков.
— Соблюли себя, значит, как следует, милый баринок, — говорил значительно подвыпивший Михаила Бастрюков, обращаясь к Ашанину. — Нельзя, «голубь» просил… Небось, помнил всякий
и пил с рассудком… Даже
и Захарыч может лыко вязать…
То-то оно
и есть, Владимир Миколаич, добрым словом всего достигнешь… А ежели, примерно сказать, страхом… все бы перепились, как последние свиньи… Но только, я вам доложу, эта самая арака ничего не стоит против нашей водки…
Посмеивались,
и не без злорадства,
и некоторые офицеры над этой выдумкой «филантропа»
и полагали, что он совсем провалится с нею: все четверо матросов перепьются — вот
и все. Слишком уж капитан надеется на свою психологию… Какая там к черту психология с матросами! — перепьются
и будут благодарны капитану за наказание.
То-то будет скандал!
—
То-то хорошо, ваше благородие. Красивый островок.
И город, говорил Бастрюков, довольно даже приятный,
и все купить можно…
И народ ласковый, доверчивый, даром что темнокожий. Должно, арапы
будут, ваше благородие?
—
То-то нельзя без гостинцев. Привезу — рада
будет…
И денег привезу… Все вот говорят: скупой ты, Ворсунька…
—
То-то оно
и есть. Сподобились
и матросики, братцы… Теперь пропадет эта лютость самая на флоте. Про-па-дет!
И матрос, братцы, правильный станет… Хорошо
будет служить. На совесть, значит, а не из-за страха.
То-то дядя-адмирал удивится разнице, происшедшей в 35 лет: к нему на шлюпке подплывала голая королева, а теперь королева
была одета
и, как говорят, очень хорошенькая каначка, щеголявшая в платьях из С.-Франциско.
—
То-то оно
и есть… А у меня, Владимир Николаевич, в деревне, сами знаете, жена оставлена
и батюшка с матушкой…
—
То-то и есть, что они все так делают, — отвечал Заметов, — убьет-то хитро, жизнь отваживает, а потом тотчас в кабаке и попался. На трате-то их и ловят. Не все же такие, как вы, хитрецы. Вы бы в кабак не пошли, разумеется?
―
То-то и есть, ты взял чужую мысль, отрезал от нее всё, что составляет ее силу, и хочешь уверить, что это что-то новое, ― сказал Николай, сердито дергаясь в своем галстуке.
— Ох нет, я не смеюсь и вовсе не думаю, что вы мне налгали. Вот
то-то и есть, что этого не думаю, потому что все это, увы, сущая правда! Ну скажите, а Пушкина-то вы читали, «Онегина»-то… Вот вы сейчас говорили о Татьяне?
Неточные совпадения
И чье-нибудь он сердце тронет; //
И, сохраненная судьбой, //
Быть может, в Лете не потонет // Строфа, слагаемая мной; //
Быть может (лестная надежда!), // Укажет будущий невежда // На мой прославленный портрет //
И молвит:
то-то был поэт! // Прими ж мои благодаренья, // Поклонник мирных аонид, // О ты, чья память сохранит // Мои летучие творенья, // Чья благосклонная рука // Потреплет лавры старика!
— Гм…
то-то… — пробормотал Раскольников. — А то знаешь… мне подумалось… мне все кажется… что это может
быть и фантазия.
— А он очень, очень, очень, очень
будет рад с тобой познакомиться! Я много говорил ему о тебе, в разное время…
И вчера говорил. Идем!.. Так ты знал старуху?
То-то!.. Ве-ли-ко-лепно это все обернулось!.. Ах да… Софья Ивановна…
—
То-то и дело, что я, в настоящую минуту, — как можно больше постарался законфузиться Раскольников, — не совсем при деньгах…
и даже такой мелочи не могу… я, вот видите ли, желал бы теперь только заявить, что эти вещи мои, но что когда
будут деньги…
То-то вот
и есть: честный
и чувствительный человек откровенничает, а деловой человек слушает да
ест, а потом
и съест.