Неточные совпадения
— То-то оно и
есть! — подтвердил Митрич и после минуты молчания прибавил, обращаясь ко всем: — давечь, в ночь, как рифы брали, боцман хотел
было искровянить одного матроса… Уже раз звезданул… А около ардимарин случись… Не моги, говорит, Федотов, забижать матроса, потому, говорит, такой
приказ капитанский вышел, чтобы рукам воли не давать.
— Шел я это, вашескобродие, на пристань из кабака и
был я, вашескобродие, выпимши… Однако шел сам, потому от капитана
приказ — на корвет являться как следует, на своих ногах… А этот вот самый арап, вашескобродие, привязался… Лопотал, лопотал что-то по-своему — поди разбери… А затем за руку взял… я и подумай: беспременно в участок сволокет… За что, мол?.. Ну, я и треснул арапа, это точно, вашескобродие… Отпираться не
буду… А больше нечего говорить, вашескобродие, и другой вины моей не
было.
Теперь Володе оставалось только ждать
приказа, и тогда он
будет стоять офицерскую вахту, то
есть исполнять обязанности вахтенного начальника под ответственностью капитана, как исполняли уже другие гардемарины. Тогда он и получит сразу целую кучу денег — во-первых, жалованье со времени производства его товарищей и, кроме того, экипировочные деньги. А деньги
будут весьма кстати, так как золото, подаренное дядей-адмиралом, уже
было совсем на исходе.
— Вероятно, скоро придет
приказ о вашем производстве, и вы
будете стоять офицерскую вахту…
Володя часто ездил к консулу справляться, нет ли на его имя письма, ожидая найти в нем
приказ и
быть на балу в красивой гардемаринской форме с аксельбантами; но хотя письма и получались, и он радовался, читая весточки от своих, но желанного
приказа все не
было, и, к большой досаде, ему пришлось
быть на балу в кадетском мундирчике.
Накануне ухода из С.-Франциско на «Коршуне» праздновали годовщину выхода из Кронштадта, и в этот день капитан
был приглашен обедать в кают-компанию. Перед самым обедом Володя получил письмо от дяди-адмирала и
приказ о производстве его в гардемарины. Он тотчас же оделся в новую форму и встречен
был общими поздравлениями. За обедом капитан предложил тост за нового гардемарина и просил старшего офицера назначить его начальником шестой вахты.
Все обнажили головы, и капитан прочел
приказ, который матросы слушали с благоговейным вниманием, жадно вникая в каждое слово. После этого
был отслужен благодарственный молебен, и затем капитан приказал объявить отдых на целый день и разрешил
выпить перед обедом по две чарки за здоровье государя, отменившего телесные наказания. Все офицеры
были приглашены на завтрак к капитану.
Среди матросов
было в это утро необыкновенное оживление. Разбившись на кучки, все говорили о только что прочитанном
приказе и обсуждали его на разные лады. Особенно горячо говорили молодые матросы, но среди стариков находилось и несколько скептиков, не вполне веривших в применение нового положения.
И оба они, привыкшие к прежним порядкам во флоте, вполне
были уверены, что хотя и вышел
приказ, но все-таки без порки не обойдется, если на судне
будет, как они выражались, «форменный» командир.
Обрадовались и моряки, когда прочли
приказ и услышали о представлении адмирала. В ближайшее воскресенье, когда, по обыкновению, Василий Федорович
был приглашен офицерами обедать в кают-компанию, многие из моряков спрашивали его: правда ли, что адмирал представил командира клипера к награде?
— В тысячу… этих проклятых названий годов, хоть убей, не выговорю; ну, году, комиссару [Земские комиссары тогда ведали сбором податей, поставкой рекрутов, путями сообщения, полицией.] тогдашнему Ледачемудан
был приказ выбрать из козаков такого, который бы был посмышленее всех.
Неточные совпадения
Полились целые потоки расспросов, допросов, выговоров, угроз, упреков, увещаний, так что девушка бросилась в слезы, рыдала и не могла понять ни одного слова; швейцару дан
был строжайший
приказ не принимать ни в какое время и ни под каким видом Чичикова.
— Улика: женщина, которая
была наряжена наместо умершей, схвачена. Я ее хочу расспросить нарочно при вас. — Князь позвонил и дал
приказ позвать ту женщину.
— Все это хорошо, только, уж как хотите, мы вас не выпустим так рано. Крепости
будут совершены сегодня, а вы все-таки с нами поживите. Вот я сейчас отдам
приказ, — сказал он и отворил дверь в канцелярскую комнату, всю наполненную чиновниками, которые уподобились трудолюбивым пчелам, рассыпавшимся по сотам, если только соты можно уподобить канцелярским делам: — Иван Антонович здесь?
— Печорин
был долго нездоров, исхудал, бедняжка; только никогда с этих пор мы не говорили о Бэле: я видел, что ему
будет неприятно, так зачем же? Месяца три спустя его назначили в е….й полк, и он уехал в Грузию. Мы с тех пор не встречались, да, помнится, кто-то недавно мне говорил, что он возвратился в Россию, но в
приказах по корпусу не
было. Впрочем, до нашего брата вести поздно доходят.
Он уже хлопотал и отдавал
приказы, выбирал коней и сбрую для молодых сыновей, наведывался и в конюшни и в амбары, отобрал слуг, которые должны
были завтра с ними ехать.