Неточные совпадения
Как часто в такие минуты он мысленно переносился в эту
теплую, освещенную мягким светом висячей лампы, уютную, хорошо
знакомую ему столовую с большими старинными часами на стене, с несколькими гравюрами и старым дубовым буфетом, где все в сборе за круглым столом, на котором поет свою песенку большой пузатый самовар, и, верно, вспоминают своего родного странника по морям.
Невольно в такие минуты вспоминается берег и дразнит какой-то особенной прелестью
теплых уютных комнат, где ничто не привязано и ничто не качается и где можно ходить, не заботясь о равновесии, видами полей и лесов и вообще разнообразием впечатлений. Вспоминается и далекая родина, родные и близкие, приятели и
знакомые, и так хочется увидать их.
Но, к счастью, все мучения человеческие имеют конец, — и это терзание Керасенки кончилось, — он заснул, и ему снилось, будто его жена взяла его за шиворот и перенесла на хорошо ему
знакомую теплую постель, а когда он проснулся, в самом деле увидел себя на своей постели, в своей хате, а перед ним у припечки хлопотала, стряпая клепки с сыром, его молодцеватая Керасивна.
Неточные совпадения
Воспитанный в недрах провинции, среди кротких и
теплых нравов и обычаев родины, переходя в течение двадцати лет из объятий в объятия родных, друзей и
знакомых, он до того был проникнут семейным началом, что и будущая служба представлялась ему в виде какого-то семейного занятия, вроде, например, ленивого записыванья в тетрадку прихода и расхода, как делывал его отец.
«Вождь», — соображал Самгин, усмехаясь, и жадно пил
теплый чай, разбавленный вином. Прыгал коричневый попик. Тело дробилось на единицы, они принимали
знакомые образы проповедника с тремя пальцами, Диомидова, грузчика, деревенского печника и других, озорниковатых, непокорных судьбе. Прошел в памяти Дьякон с толстой книгой в руках и сказал, точно актер, играющий Несчастливцева:
Слушали его очень внимательно. Комната, где дышало не менее полусотни человек, наполнялась
теплой духотой. Самгин невольно согнулся, наклонил голову, когда в тишине прозвучал
знакомый голос Кутузова:
Таким утрам обыкновенно предшествуют
теплые безлунные ночи, хорошо
знакомые охотникам на перепелов.
Она томилась, рвалась, выплакала все глаза, отстояла колени, молясь
теплой заступнице мира холодного, просила ее спасти его и дать ей силы совладать с страданием вечной разлуки и через два месяца стала навещать старую
знакомую своей матери, инокиню Серафиму, через полгода совсем переселилась к ней, а еще через полгода, несмотря ни на просьбы и заклинания семейства, ни на угрозы брата похитить ее из монастыря силою, сделалась сестрою Агниею.