Прудон, конечно, виноват, поставив в своих «Противоречиях» эпиграфом: «Destruam et aedificabo»; [«Разрушу и воздвигну» (лат.).] сила его не в создании, а в критике существующего. Но эту ошибку делали спокон века все, ломавшие старое: человеку одно разрушение противно; когда он принимается ломать, какой-нибудь
идеал будущей постройки невольно бродит в его голове, хотя иной раз это песня каменщика, разбирающего стену.
И не право оно, во-первых, потому, что в основании социологических изысканий лежит предусмотрительность, которая всегда была главным и существенным основанием развития человеческих обществ, и, во-вторых, потому, что ежели и справедливо, что утопии производили в массах известный переполох, то причину этого нужно искать не в открытом обсуждении
идеалов будущего, а скорее в стеснениях и преследованиях, которыми постоянно сопровождалось это обсуждение.
Она зажигала сердца и волновала умы; не было безвестного уголка в Европе, куда бы она не проникла с своим светочем, всюду распространяя пропаганду
идеалов будущего в самой общедоступной форме.
Таким образом,"новый человек", с его протестом против настоящего, с его
идеалами будущего, самою силою обстоятельств устраняется из области художественного воспроизведения, или, говоря скромнее, из области беллетристики. Указывать на его пороки — легко, но жутко; указывать же на его добродетели не только неудобно, но если хорошенько взвесить все условия современного русского быта, то и материально невозможно.
Неточные совпадения
Левин едва помнил свою мать. Понятие о ней было для него священным воспоминанием; и
будущая жена его должна была быть в его воображении повторением того прелестного, святого
идеала женщины, каким была для него мать.
Женское развитие и даже политическая роль женщины в самом ближайшем
будущем — вот мой
идеал.
Они просто римская армия для
будущего всемирного земного царства, с императором — римским первосвященником во главе… вот их
идеал, но безо всяких тайн и возвышенной грусти…
Чему-нибудь послужим и мы. Войти в
будущее как элемент не значит еще, что
будущее исполнит наши
идеалы. Рим не исполнил ни Платонову республику, ни вообще греческий
идеал. Средние века не были развитием Рима. Современная мысль западная войдет, воплотится в историю, будет иметь свое влияние и место так, как тело наше войдет в состав травы, баранов, котлет, людей. Нам не нравится это бессмертие — что же с этим делать?
Гаев. Да… Это вещь… (Ощупав шкаф.) Дорогой, многоуважаемый шкаф! Приветствую твое существование, которое вот уже больше ста лет было направлено к светлым
идеалам добра и справедливости; твой молчаливый призыв к плодотворной работе не ослабевал в течение ста лет, поддерживая (сквозь слезы) в поколениях нашего рода бодрость, веру в лучшее
будущее и воспитывая в нас
идеалы добра и общественного самосознания.