Неточные совпадения
Входит тоненькая, обшарпанная старуха, рябая,
с попорченным оспою глазом. Одета бедно: на голове повойник, на
плечах старый порыжелый драдедамовый
платок.
Савастьяновна уходит; следом за ней является Мутовкина. Она гораздо представительнее своей предшественницы; одета в платье из настоящего терно, на голове тюлевый чепчик
с желтыми шелковыми лентами, на
плечах новый драдедамовый
платок. Памятуя старинную связь, Мутовкина не церемонится
с матушкой и говорит ей «ты».
Там двери уже отперты настежь, и на балконе сидит жена Пустотелова, Филанида Протасьевна, в одной рубашке,
с накинутым на
плечи старым драдедамовым
платком и в стоптанных башмаках на босу ногу.
В глазах был испуг и тревога. Она несколько раз трогала лоб рукой и села было к столу, но в ту же минуту встала опять, быстро сдернула
с плеч платок и бросила в угол за занавес, на постель, еще быстрее отворила шкаф, затворила опять, ища чего-то глазами по стульям, на диване — и, не найдя, что ей нужно, села на стул, по-видимому, в изнеможении.
Неточные совпадения
Фенечка вытянула шейку и приблизила лицо к цветку…
Платок скатился
с ее головы на
плеча; показалась мягкая масса черных, блестящих, слегка растрепанных волос.
Она даже вздрогнула, руки ее безжизненно сползли
с плеч. Подняв к огню лампы маленькую и похожую на цветок
с длинным стеблем рюмку, она полюбовалась ядовито зеленым цветом ликера, выпила его и закашлялась, содрогаясь всем телом, приложив
платок ко рту.
Из сумрака выскочил, побежал к столу лысый человечек,
с рыжеватой реденькой бородкой, — он тащил за руку женщину в клетчатой юбке, красной кофте, в пестром
платке на
плечах.
Сел на подоконник и затрясся, закашлялся так сильно, что желтое лицо его вздулось, раскалилось докрасна, а тонкие ноги судорожно застучали пятками по стене; чесунчовый пиджак съезжал
с его костлявых
плеч, голова судорожно тряслась, на лицо осыпались пряди обесцвеченных и, должно быть, очень сухих волос. Откашлявшись, он вытер рот не очень свежим
платком и объявил Климу:
— Вот мы и у пристани! Если вам жарко — лишнее можно снять, — говорил он, бесцеремонно сбрасывая
с плеч сюртук. Без сюртука он стал еще более толстым и более остро засверкала бриллиантовая запонка в мягкой рубашке. Сорвал он и галстук, небрежно бросил его на подзеркальник, где стояла ваза
с цветами. Обмахивая
платком лицо, высунулся в открытое окно и удовлетворенно сказал: