Сряду три дня матушка ездит с сестрицей по вечерам, и всякий раз «он» тут как тут. Самоуверенный, наглый. Бурные сцены сделались как бы обязательными и разыгрываются, начинаясь в возке и кончаясь дома. Но ни угрозы, ни убеждения — ничто
не действует на «взбеленившуюся Надёху». Она точно с цепи сорвалась.
Но никакие вразумления
не действовали, и в следующий праздник та же история повторялась с буквальною точностью. Не раз, ввиду подобных фактов, матушка заподозривала Конона в затаенной строптивости, но, по размышлении, оставила свои подозрения и убедилась, что гораздо проще объяснить его поведение тем, что он — «природный олух». Эта кличка была как раз ему впору; она вполне исчерпывала его внутреннее содержание и определяла все поступки.
Конечно, постоянно иметь перед глазами «олуха» было своего рода божеским наказанием; но так как все кругом так жили, все такими же олухами были окружены, то приходилось мириться с этим фактом. Все одно: хоть ты ему говори, хоть нет, — ни слова, ни даже наказания, ничто
не подействует, и олух, сам того не понимая, поставит-таки на своем. Хорошо, хоть вина не пьет — и за то спасибо.
Неточные совпадения
Отец был, по тогдашнему времени, порядочно образован; мать — круглая невежда; отец вовсе
не имел практического смысла и любил разводить на бобах, мать, напротив того, необыкновенно цепко хваталась за деловую сторону жизни, никогда вслух
не загадывала, а
действовала молча и наверняка; наконец, отец женился уже почти стариком и притом никогда
не обладал хорошим здоровьем, тогда как мать долгое время сохраняла свежесть, силу и красоту.
В нашем семействе
не было в обычае по головке гладить, — может быть, поэтому ласка чужого человека так живо на меня и
подействовала.
Рассказы эти передавались без малейших прикрас и утаек, во всеуслышание, при детях, и, разумеется, сильно
действовали на детское воображение. Я, например, от роду
не видавши тетеньки, представлял себе ее чем-то вроде скелета (такую женщину я на картинке в книжке видел), в серо-пепельном хитоне, с простертыми вперед руками, концы которых были вооружены острыми когтями вместо пальцев, с зияющими впадинами вместо глаз и с вьющимися на голове змеями вместо волос.
И он никогда
не имел повода обижаться и даже убедился, что ласка
действует гораздо сильнее, нежели грубое вымогательство.
И в одиночку
действовал, и втайне; но
не в клубе, — он
не хотел подвергать себя риску быть забаллотированному, — а в частных домах.
Впрочем, она видела, что Конон, по мере разумения, свое дело делает, и понимала, что человек этот
не что иное, как машина, которую сбивать с однажды намеченной колеи безнаказанно нельзя, потому что она, пожалуй, и совсем перестанет
действовать.
Действовать на него разумным путем было некому, да и некогда, но так как в воспитательной практике все-таки чувствовалась потребность, то сумма побоев, постепенно увеличиваясь, достигла наконец таких размеров, что Сережка
не выходил из синяков.
Наезды эти производили в доме невообразимую суматоху; но последняя уже сделалась как бы потребностью праздной жизни, так что
не она
действовала угнетающим образом на нервы, а порядок и тишина.
Я
не говорю, чтобы Струнников воспользовался чем-нибудь от всех этих снабжений, но на глазах у него происходило самое наглое воровство, в котором принимал деятельное участие и Синегубов, а он между тем считался главным распорядителем дела. Воры
действовали так нагло, что чуть
не в глаза называли его колпаком (в нынешнее время сказали бы, что он стоит
не на высоте своего призвания). Ему, впрочем, и самому нередко казалось, что кругом происходит что-то неладное.
К довершению всего, как это часто бывает между близнецами, братья до такой степени были схожи наружностью, что
не только соседи, но и домочадцы
не могли отличить их друг от друга. Да и в духовном смысле, в большинстве случаев, оба жили и
действовали под влиянием одних и тех же наитий.
И так, отдавая справедливость великому мужу, поставляя имя Ломоносова в достойную его лучезарность, мы не ищем здесь вменить ему и то в достоинство, чего он не сделал или на что
не действовал; или только, распложая неистовое слово, вождаемся исступлением и пристрастием.
Алексей Александрович слушал, но слова ее уже
не действовали на него. В душе его опять поднялась вся злоба того дня, когда он решился на развод. Он отряхнулся и заговорил пронзительным, громким голосом:
— Та осина, — заговорил Базаров, — напоминает мне мое детство; она растет на краю ямы, оставшейся от кирпичного сарая, и я в то время был уверен, что эта яма и осина обладали особенным талисманом: я никогда не скучал возле них. Я не понимал тогда, что я не скучал оттого, что был ребенком. Ну, теперь я взрослый, талисман
не действует.
Неточные совпадения
— Да
не найдешь слов с вами! Право, словно какая-нибудь,
не говоря дурного слова, дворняжка, что лежит на сене: и сама
не ест сена, и другим
не дает. Я хотел было закупать у вас хозяйственные продукты разные, потому что я и казенные подряды тоже веду… — Здесь он прилгнул, хоть и вскользь, и без всякого дальнейшего размышления, но неожиданно удачно. Казенные подряды
подействовали сильно на Настасью Петровну, по крайней мере, она произнесла уже почти просительным голосом:
— Сохрани бог подличать! — сказал Чичиков и перекрестился. —
Подействовать словом увещания, как благоразумный посредник, но подличать… Извините, Андрей Иванович, за мое доброе желанье и преданность, я даже
не ожидал, чтобы слова <мои> принимали вы в таком обидном смысле!
Впрочем, дамы были вовсе
не интересанки; виною всему слово «миллионщик», —
не сам миллионщик, а именно одно слово; ибо в одном звуке этого слова, мимо всякого денежного мешка, заключается что-то такое, которое
действует и на людей подлецов, и на людей ни се ни то, и на людей хороших, — словом, на всех
действует.
Употребил все тонкие извороты ума, уже слишком опытного, слишком знающего хорошо людей: где
подействовал приятностью оборотов, где трогательною речью, где покурил лестью, ни в каком случае
не портящею дела, где всунул деньжонку, — словом, обработал дело, по крайней мере, так, что отставлен был
не с таким бесчестьем, как товарищ, и увернулся из-под уголовного суда.
Казалось, как будто он хотел взять их приступом; весеннее ли расположение
подействовало на него, или толкал его кто сзади, только он протеснялся решительно вперед, несмотря ни на что; откупщик получил от него такой толчок, что пошатнулся и чуть-чуть удержался на одной ноге,
не то бы, конечно, повалил за собою целый ряд; почтмейстер тоже отступился и посмотрел на него с изумлением, смешанным с довольно тонкой иронией, но он на них
не поглядел; он видел только вдали блондинку, надевавшую длинную перчатку и, без сомнения, сгоравшую желанием пуститься летать по паркету.