Неточные совпадения
Иногда, не дождавшись разрешения от бремени, виновную (как тогда говорили: «с кузовом») выдавали за
крестьянина дальней деревни, непременно за
бедного, и притом вдовца с большим семейством.
Эти поездки могли бы, в хозяйственном смысле, считаться полезными, потому что хоть в это время можно было бы управиться с работами, но своеобычные старухи и заочно не угомонялись, беспрерывно требуя присылки подвод с провизией, так что, не будучи в собственном смысле слова жестокими, они до такой степени в короткое время изнурили
крестьян, что последние считались самыми
бедными в целом уезде.
Сначала шли дворы богатых
крестьян, потом средних и, наконец,
бедных, хотя бы эти дворы находились в отдалении друг от друга.
Но большинство
крестьян было
бедное, существовало впроголодь, ютилось в ветхих, еле живых клетушках и всецело находилось под пятой у богатеев.
Бывало две
обедни: ранняя в кладбищенской церкви, поздняя — в сельской, которую
крестьяне называли собором.
Жаль
бедного крестьянина, // А пуще жаль скотинушку; // Скормив запасы скудные, // Хозяин хворостиною // Прогнал ее в луга, // А что там взять? Чернехонько! // Лишь на Николу вешнего // Погода поуставилась, // Зеленой свежей травушкой // Полакомился скот.
При этом, как следует, сплетни, переносы, лазутчики, фавориты и на дне всего
бедные крестьяне, не находившие ни расправы, ни защиты и которых тормошили в разные стороны, обременяли двойной работой и неустройством капризных требований.
Воскресенье было назначено для приема просителей, дворовых и мужиков, для обхода хозяйства
бедных крестьян и для подания им помощи с согласия мира, который собирался вечером каждое воскресенье и должен был решать, кому и какую помощь нужно было оказывать.
Неточные совпадения
Беднее захудалого // Последнего
крестьянина // Жил Трифон. Две каморочки: // Одна с дымящей печкою, // Другая в сажень — летняя, // И вся тут недолга; // Коровы нет, лошадки нет, // Была собака Зудушка, // Был кот — и те ушли.
Деревни наши
бедные, // А в них
крестьяне хворые // Да женщины печальницы, // Кормилицы, поилицы, // Рабыни, богомолицы // И труженицы вечные, // Господь прибавь им сил!
Крестьяне речь ту слушали, // Поддакивали барину. // Павлуша что-то в книжечку // Хотел уже писать. // Да выискался пьяненький // Мужик, — он против барина // На животе лежал, // В глаза ему поглядывал, // Помалчивал — да вдруг // Как вскочит! Прямо к барину — // Хвать карандаш из рук! // — Постой, башка порожняя! // Шальных вестей, бессовестных // Про нас не разноси! // Чему ты позавидовал! // Что веселится
бедная // Крестьянская душа?
Крестьяне пораженные // Переглянулись… крестятся…. // Вздохнули… Никогда // Такого вздоха дружного, // Глубокого-глубокого // Не испускала
бедная // Безграмотной губернии // Деревня Вахлаки…
— Ничего мне не нужно; всем довольна, слава Богу, — с величайшим усилием, но умиленно произнесла она. — Дай Бог всем здоровья! А вот вам бы, барин, матушку вашу уговорить —
крестьяне здешние
бедные, хоть бы малость оброку с них она сбавила! Земли у них недостаточно, угодий нет… Они бы за вас Богу помолились… А мне ничего не нужно, всем довольна.