«Пошехонская старина» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1889) по всей классике
— Не знаю, где и спать-то его положить, — молвила она наконец, — и не придумаю! Ежели внизу, где прежде шорник Степан жил, так там с самой осени не топлено. Ну, ин ведите его к Василисе в застольную. Не велика фря, ночь и на лавке проспит. Полушубок у него есть, чтоб накрыться, а войлок и подушчонку, из стареньких, отсюда дайте. Да уж не курит ли он, спаси бог! чтоб и не думал!
Я оглянулся… От толпы крестьян действительно отделился казачок Максимка и, ухмыляясь и скаля зубы, вышел вперед. Его хозяин, шорник, вероятно, отпустил его домой на побывку.
Лучше всех — и всегда какие-то особенно хорошие песни — пел маленький, тощий шорник Клещов, человек мятый, жеваный, в клочьях рыжих волос; носишко у него блестел, точно у покойника, крошечные, сонные глаза были неподвижны.
В мастерской шорника их погрузят на двенадцать повозок, но люди, которые будут везти, не должны догадаться, куда именно и для кого именно это предназначено.
В мастерской шорника их погрузят на двенадцать повозок, но люди, которые будут везти, не должны догадаться, куда именно и для кого именно это предназначено.
Да, пора бы сделать седло, конструкцию я давно вспомнил и даже заказал пробное, но местные шорники оказались плохими умельцами.
Махнул рукой шорник, плюнул да повернул обратно домой – хомут доделывать.