«Пошехонская старина» (Салтыков-Щедрин М. Е., 1889) по всей классике
Она стояла на высоком берегу реки Перлы, и из большого каменного господского дома, утопавшего в зелени обширного парка, открывался единственный в нашем захолустье красивый вид на поёмные луга и на дальние села.
Пирог этот так и назывался «поповским», да и посуда к закуске подавалась особенная, поповская: серые, прыщеватые тарелки, ножи с сточенными лезвиями, поломанные вилки, стаканы и рюмки зеленого стекла.
— А однажды вот какое истинное происшествие со мной было. Зазвал меня один купец вместе купаться, да и заставил нырять. Вцепился в меня посередь реки, взял за волосы, да и пригибает. Раз окунул, другой, третий… у меня даже зеленые круги в глазах пошли… Спасибо, однако, синюю бумажку потом выкинул!
Он был одет в светло-зеленый казинетовый казакин, наглухо застегнутый на крючки, сквозь которые была продернута серебряная цепочка с часами, которые он беспрестанно вынимал.
И где шёл тот дождь, там начинали зеленеть травы и леса, колоситься поля и зацветать сады, стали плескаться рыбы в водоёмах, и петь певчие птицы разными голосами.
У подножия деревьев ярко зеленела трава, среди которой росли во множестве одуванчики.
Лишь после первых весенних дождей земля просыпается, появляется трава, начинают зеленеть деревья.
И где шёл тот дождь, там начинали зеленеть травы и леса, колоситься поля и зацветать сады, стали плескаться рыбы в водоёмах, и петь певчие птицы разными голосами.