Неточные совпадения
Немало способствовало такому благополучному исходу еще и то, что старый помпадур был один из тех, которые
зажигают неугасимые огни в благодарных
сердцах обывателей тем, что принимают по табельным дням, не манкируют званых обедов и вечеров, своевременно определяют и увольняют исправников и с ангельским терпением подписывают подаваемые им бумаги.
Земская управа прекратила покупку плевальниц, ибо Феденька по каждой покупке входил в пререкания; присяжные выносили какие-то загадочные приговоры, вроде «нет, не виновен, но не заслуживает снисхождения», потому что Феденька всякий оправдательный или обвинительный (все равно) приговор, если он был выражен ясно, считал внушенным сочувствием к коммунизму и галдел об этом по всему городу,
зажигая восторги в
сердцах предводителей и предводительш.
Как хороши они и сколько
зажгли сердец, несмотря на свои четырнадцать только лет: они еще носят коротенькие платьица, они могут еще громко говорить, громко смеяться; им не воспрещены еще те несколько резкие, угловатые движения, которые придают такой милый, оригинальный смысл каждому их слову!
Бедная русская армия, бедный, бедный русский народ! Вот что должно было зажечь его огнем борьбы и одушевления, — желание угодить начальству!.. Но напрасно автор-патриот думает, будто и японцы только «исполняли приказания своего начальства». Нет, этот огонь не греет души и не
зажигает сердца. А души японцев горели сверкающим огнем, они рвались к смерти и умирали улыбаясь, счастливые и гордые.
Себя забудь и дел своих не делай! // Проси у Бога разума и слова, // Сухим очам проси источник слез! // На улицу, на площадь, на базары, // Где есть народ, туда и ты иди! // Высокая апостольская доля — // Будить от сна своих уснувших братий // И Божьим словом
зажигать сердца! // Когда увидишь, что сердца и народе // Затеплятся, как свечи пред иконой, // Тогда сбирать казну на помощь ратным! // Сбирать людей на выручку Москвы!
Неточные совпадения
Мне памятно другое время! // В заветных иногда мечтах // Держу я счастливое стремя… // И ножку чувствую в руках; // Опять кипит воображенье, // Опять ее прикосновенье //
Зажгло в увядшем
сердце кровь, // Опять тоска, опять любовь!.. // Но полно прославлять надменных // Болтливой лирою своей; // Они не стоят ни страстей, // Ни песен, ими вдохновенных: // Слова и взор волшебниц сих // Обманчивы… как ножки их.
— Вот оно что! — с ужасом говорил он, вставая с постели и
зажигая дрожащей рукой свечку. — Больше ничего тут нет и не было! Она готова была к воспринятию любви,
сердце ее ждало чутко, и он встретился нечаянно, попал ошибкой… Другой только явится — и она с ужасом отрезвится от ошибки! Как она взглянет тогда на него, как отвернется… ужасно! Я похищаю чужое! Я — вор! Что я делаю, что я делаю? Как я ослеп! Боже мой!
Левин нахмурился. Оскорбление отказа, через которое он прошел, как будто свежею, только что полученною раной
зажгло его в
сердце. Он был дома, а дома стены помогают.
— И в мыслях, барин, не было. А он, злодей мой, должно, сам поджег. Сказывали, он только застраховал. А на нас с матерью сказали, что мы были, стращали его. Оно точно, я в тот раз обругал его, не стерпело
сердце. А поджигать не поджигал. И не был там, как пожар начался. А это он нарочно подогнал к тому дню, что с матушкой были. Сам
зажег для страховки, а на нас сказал.
как говорит Пушкин, — а
зажгла самое себя. Явилась холера, и снова народный город показался полным
сердца и энергии!