Неточные совпадения
— Прытки вы очень! У нас-то уж давно написано и готово, да первый же Петр Николаич по полугоду в наши
проекты не заглядывает. А там найдутся и другие рассматриватели…
целая ведь лестница впереди! А напомнишь Петру Николаичу — он отвечает:"Момент, любезный друг, не такой! надо момент уловить, — тогда у нас разом все
проекты как по маслу пройдут!"
Кстати, его взял под свое руководство Петр Николаич Лопаснин, который не далее как три года тому назад разыгрывал такую же роль, как и Сережа, а теперь по
целым годам
проекты под сукном держит и все момента ждет.
Блохин выговорил эти слова медленно и даже почти строго. Каким образом зародилась в нем эта фраза — это я объяснить не умею, но думаю, что сначала она явилась так,а потом вдруг во время самого процесса произнесения, созрел проекте попробую-ка я Старосмыслову предику сказать! А может быть, и
целый проект примирения Старосмыслова с Пафнутьевым вдруг в голове созрел. Как бы то ни было, но Федор Сергеич при этом напоминании слегка дрогнул.
Неточные совпадения
Ни одному человеку не доверил артист своего замысла. После нескольких месяцев труда он едет в Москву изучать город, окрестности и снова работает, месяцы
целые скрываясь от глаз и скрывая свой
проект.
Неожиданное знакомство с Зосей подняло в ее голове
целый ворох
проектов и планов.
Как искусный дипломат, он начал с самых слабых мест и сейчас же затушевал их
целым лесом цифровых данных; были тут
целые столбцы цифр, средние выводы за трехлетия и пятилетия, сравнительные итоги приходов и расходов, цифровые аналогии, сметы, соображения,
проекты; цифры так и сыпались, точно Ляховский задался специальной
целью наполнить ими всю комнату.
— Вот все вы так: помаленьку да помаленьку, а я этого терпеть не могу. У меня, батенька,
целая куча новых
проектов. Дела будем делать. Едва уломал дурака Шахму. Стеариновый завод будем строить. Шахма, Малыгин и я. Потом вальцовую мельницу… да. Потом стеклянный завод, кожевенный, бумагу будем делать. По пути я откупил два соляных озера.
Ступина принесла и бросила какие-то два письма, Каверина кинула в огонь свой давний дневник, Прорвич — составленный им лет шесть тому назад
проект демократической республики, умещавшийся всего на шести писанных страничках. Одна Бертольди нашла у себя очень много материала, подлежащего сожжению. Она беспрестанно подносила Белоярцеву
целые кипы и с торжеством говорила: