С этих пор заведение Тюрбо сделалось рассадником нравственности, религии и хороших манер. По смерти родителей его приняла в свое заведование дочь, m-lle Caroline Turbot, и, разумеется, продолжала родительские традиции. Плата за воспитание была очень высока, но зато число воспитанниц ограниченное, и в заведение попадали только несомненно родовитые девочки. Интерната не существовало, потому что m-lle Тюрбо дорожила вечерами и посвящала их друзьям, которых у нее было достаточно.
Неточные совпадения
Недаром же так давно идут толки о децентрализации, смешиваемой
с сатрапством, и о расширении власти, смешиваемом
с разнузданностью. Плоды
этих толков, до сих
пор, впрочем, остававшихся под спудом, уже достаточно выяснились. «
Эти толки недаром! в них-то и скрывается настоящая интимная мысль!» — рассуждает провинция и, не откладывая дела в долгий ящик, начинает приводить в исполнение не закон и даже не циркуляр, а простые газетные толки, не предвидя впереди никакой ответственности…
Ясно, что идет какая-то знаменательная внутренняя работа, что народились новые подземные ключи, которые кипят и клокочут
с очевидной решимостью пробиться наружу. Исконное течение жизни все больше и больше заглушается
этим подземным гудением; трудная
пора еще не наступила, но близость ее признается уже всеми.
Народ собрался разнокалиберный, работа идет вяло. Поп сам в первой косе идет, но прихожане не торопятся, смотрят на солнышко и часа через полтора уже намекают, что обедать
пора. Уж обнесли однажды по стакану водки и по ломтю хлеба
с солью — приходится по другому обнести, лишь бы отдалить час обеда. Но работа даже и после
этого идет всё вялее и вялее; некоторые и косы побросали.
От времени до времени Люберцеву приходит на мысль, что теперь самая
пора обзавестись своим семейством. Он тщательно приглядывается, рассматривает, разузнает, но делает
это сам, не прибегая к постороннему посредничеству. Вообще подходит к
этому вопросу
с осторожностью и надеется в непродолжительном времени разрешить его.
— Ах, матушка,
пора эти разговоры оставить! — говорит он. — Изба моя
с краю — ничего не знаю! Вот правило, которым мы должны руководствоваться, а не то чтобы что…
Такое положение вещей может продлиться неопределенное время, потому что общественное течение, однажды проложивши себе русло, неохотно его меняет. И опять-таки в
этом коснении очень существенную роль играет солидный читатель. Забравшись в мурью (какой бы то ни было окраски), он любит понежиться и потягивается в ней до тех
пор, пока блохи и другая нечисть не заставят выскочить. Тогда он
с несвойственною ему стремительностью выбегает наверх и высматривает, куда укрыться.
Я уже сказал выше, что читательское сословие народилось в эпоху всероссийского возрождения, благодаря громадному приливу простецов.
С тех
пор простец множится в изумительной прогрессии, но, размножаясь и наполняя ряды подписчиков, он нимало не изменяет своему безразличному отношению к читаемому. Чтобы убедиться в
этом, стоит заглянуть в любую кофейню.
Гости охотно соглашались, и
с тех
пор за Верочкой утвердилось
это прозвище навсегда.
С тех
пор прошло два месяца. В течение
этого времени вор аккуратно уведомлял Перебоева, что дело все еще находится в том ведомстве, в котором возник начет, что на днях оно из одной канцелярии перешло в другую, что оно округляется, и т. д.
Вообще, как я уже сказал выше, Болгария доставила ему неистощимый родник новостей. И до сих
пор он занимается ею
с особенной любовью: подыскивает кандидатов на болгарский престол, разузнает, будет ли оккупация и как смотрит на
этот вопрос австрияк, распространяет вернейшие сведения о путешествии болгарской депутации по Европе, о свиданиях Стоилова
с Баттенбергом, и проч., и проч.
— Да, но согласитесь сами, что и государство
с своей стороны… У государства есть потребности: войско, громадная орава чиновников — нужно все
это оплатить! Вот оно и изыскивает предметы… И предметы сии называются предметами обложения.
Пора бы вам, кажется, знать.
Затем я скоро совсем уехал и
с тех
пор не видал Гришки. Однако ж кое-что случайно слышал о нем, и
это слышанное решаюсь передать читателю уже не а качестве действующего лица, а в качестве повествователя.
Уже сукна купил он себе такого, какого не носила вся губерния, и
с этих пор стал держаться более коричневых и красноватых цветов с искрою; уже приобрел он отличную пару и сам держал одну вожжу, заставляя пристяжную виться кольцом; уже завел он обычай вытираться губкой, намоченной в воде, смешанной с одеколоном; уже покупал он весьма недешево какое-то мыло для сообщения гладкости коже, уже…
— Печорин был долго нездоров, исхудал, бедняжка; только никогда
с этих пор мы не говорили о Бэле: я видел, что ему будет неприятно, так зачем же? Месяца три спустя его назначили в е….й полк, и он уехал в Грузию. Мы с тех пор не встречались, да, помнится, кто-то недавно мне говорил, что он возвратился в Россию, но в приказах по корпусу не было. Впрочем, до нашего брата вести поздно доходят.
«Негодный!» он кричит однажды: «
с этих пор // Ты будешь у меня обтёсывать тычину, // А я, с моим уменьем и трудом, // Притом с досужестью моею, // Знай, без тебя пробавиться умею // И сделаю простым ножом, — // Чего другой не срубит топором».
Неточные совпадения
Я плачу… если вашей Тани // Вы не забыли до сих
пор, // То знайте: колкость вашей брани, // Холодный, строгий разговор, // Когда б в моей лишь было власти, // Я предпочла б обидной страсти // И
этим письмам и слезам. // К моим младенческим мечтам // Тогда имели вы хоть жалость, // Хоть уважение к летам… // А нынче! — что к моим ногам // Вас привело? какая малость! // Как
с вашим сердцем и умом // Быть чувства мелкого рабом?
Но наше северное лето, // Карикатура южных зим, // Мелькнет и нет: известно
это, // Хоть мы признаться не хотим. // Уж небо осенью дышало, // Уж реже солнышко блистало, // Короче становился день, // Лесов таинственная сень //
С печальным шумом обнажалась, // Ложился на поля туман, // Гусей крикливых караван // Тянулся к югу: приближалась // Довольно скучная
пора; // Стоял ноябрь уж у двора.
И шагом едет в чистом поле, // В мечтанья погрузясь, она; // Душа в ней долго поневоле // Судьбою Ленского полна; // И мыслит: «Что-то
с Ольгой стало? // В ней сердце долго ли страдало, // Иль скоро слез прошла
пора? // И где теперь ее сестра? // И где ж беглец людей и света, // Красавиц модных модный враг, // Где
этот пасмурный чудак, // Убийца юного поэта?» // Со временем отчет я вам // Подробно обо всем отдам,
В начале моего романа // (Смотрите первую тетрадь) // Хотелось вроде мне Альбана // Бал петербургский описать; // Но, развлечен пустым мечтаньем, // Я занялся воспоминаньем // О ножках мне знакомых дам. // По вашим узеньким следам, // О ножки, полно заблуждаться! //
С изменой юности моей //
Пора мне сделаться умней, // В делах и в слоге поправляться, // И
эту пятую тетрадь // От отступлений очищать.
— Да как сколько? Многие умирали
с тех
пор, — сказал приказчик и при
этом икнул, заслонив рот слегка рукою, наподобие щитка.